Африка в объективе Андрея Дрензелева

Кто то знает Андрея Дрензелева как солидного бизнесмена, активиста «Деловой России» и Брянской гильдии промышленников и предпринимателей. Другим Андрей Леонидович больше знаком как председатель комитета городского Совета по местному самоуправлению, связям с общественностью и средствам массовой информации. И совсем немногие видели, как преображается этот обычно сдержанный человек при упоминании далёкого, загадочного и непонятного европейцу континента…

Рабочий кабинет Андрея Леонидовича. На столе и на книжных полках многочисленные фотографии. С известными людьми и редкими животными. Животных больше. В хромированной чашке у компьютера несколько пригоршней монет из самых разных стран. С профилями королей и изображениями носорога. Плюс несколько забитых до отказа фотоальбомов. Всё это – трофеи нынешней страсти к путешествиям. Именно страсти. Даже рассказывая о поездках, он не в состоянии сдерживать эмоции. Слушаю с удовольствием. Получается своеобразный микст «В мире животных» с «Клубом путешественников». В качестве иллюстраций целые фоторепортажи: нынешнее увлечение переплелось с другим хобби – фотографией.

Камера и природа. Много лет они существовали в его жизни именно в такой последовательности.

Теперь – природа, камера и, как следствие, туризм.

«В жёлтой жаркой Африке…»

Туризм бывает разным. Для ко — го то лежать на пляже – туризм. Для Андрея Дрензелева – это фотосафари в тех местах, где не ступала нога белого человека. На Африке выбор остановился не сразу.

– Мы с супругой Мариной побывали уже в сорока или пятидесяти странах, – рассказывает Андрей Дрензелев. – Объехали практически всю Европу, в Америке бывали не раз, в азиатских странах. Не впе — чатляет. Разве только Кипр потряс своей особенной православной энергетикой. Вернее, его монастыри с величайшими христианскими святынями. Наверное, что-то  подобное должно быть на Тибете. Там мы пока ещё не были, но планируем обязательно побывать.

После Африки все другие впе — чатления померкли раз и навсегда.

– Большое спасибо моей коллеге по горсовету Марине Дбар, – продолжает он с улыбкой, – это она меня «втравила». Помню, Марина возвратилась из Африки и так заразительно рассказывала о путешествии! Теперь уже я снова и снова возвращаюсь туда. В настоящую Африку, которая начинается после экватора. Это что-то  особенное – дикое, необузданное, практически не тронутое цивилизацией! И в этой неухоженности и первозданности есть что-то  такое настоящее и притягательное, что, полюбив однажды, разлюбить Африку уже невозможно.

Для тех, чьи экстремальные впечатления ограничиваются прогулками по восточному базару, рассказываем, что такое экстрим по дрензелевски. Вот маршрут последней поездки: шестнадцать дней – четырнадцать перелётов. ЮАР, Сан Сити – африканский аналог Лас Вегаса, оттуда самолётом в Намибию, возв — ращение в ЮАР, дальше в Замбию, потом переезд на джипах и переправа через реку, остановка в Ботсване.

– В каждой стране для нас была организована насыщенная программа, – вспоминает мой собесед — ник, – а в Намибии почему то заранее не предложили никаких мероп — риятий. Приезжаем, в отеле нет ни одного англоязычного сотрудника. Пытаемся договориться, бесполезно. В конце концов, я созвонился с нашим гидом в ЮАР, и он помог нам организовать два очень мощных развлечения – водное сафари и гонки на квадроциклах по зыбучим пескам.

Барханы оказались волшебны — ми. Опасными и завораживающими одновременно. Без местного мальчика сопровождающего туда и соваться не стоило. Внешне неподвижные холмы (высота отдельных достигает нескольких десятков метров) всё время движутся. Гид тут же продемонстрировал нехитрый трюк: бросил в песок бутылку. Через пару секунд посудина исчезла, словно и не было.

Они носились с огромной скоростью, прыгали с бархана на бархан, а оглянувшись назад, видели, как ветер и песок методично уничтожают следы квадроцикла.

Пулей вниз с высоты многоэтажки – это вам не на «банане» попрыгать вдоль пляжа. И на многие километры вокруг только солнце, пустыня и… трое безумцев.

«В общем так, один жираф…»

В фотосафари другой драйв. За этими впечатлениями супруги Дрензелевы приезжали в Ботсвану около десятка раз. Подъём в пять утра, через полчаса выезд. Животных можно увидеть либо рано утром, либо после заката.

– Описать саванну невозможно. Нужно хоть однажды увидеть, – перебирая фотографии, Андрей Леонидович с упоением рассказывает об особом цвете континента, выжженного солнцем. – И аромат особый: смесь запахов зверя, пыли, сухих трав. Дух Африки – это ощущение древности, просуществовавшей миллионы лет.

– Вот уж кого не ожидали там увидеть, – продолжает рассказ Андрей Дрензелев, – так это морских котиков и пингвинов. С ними обычно ассоциируются льды и холодное море. А тут мы плывём к самой южной точке континента – мысу Доброй надежды. До Антарктиды раз в пять ближе, чем до Брянска. Вокруг снуют морские котики. То, что они вытворяют, не в каждом цирке увидишь! На ходу огромная «тушка» запрыгивает в лодку и ну приставать к туристам. Жена его за ушком чешет, как собачку, обнимает за шею. Оказывается, на корме лодки стоит специальная коробочка с рыбой, и эти прохвосты прекрасно об этом знают. Поэтому спустя пару минут в лодке оказывается уже два морских котика, которые устраивают небольшую потасовку. Учитывая их вес, мы всерьёз опасались, что-либо  сами вылетим за борт, либо лодка перевернётся.

За каждым снимком стоит подобная история. Слушаешь и понимаешь, что никакие впечатления от посещения даже самого лучшего в мире зоопарка не сравнятся с тем позитивом, который получаешь при встрече с животным диким и опасным. Если, конечно, ты любишь животных.

И другое местное население

Это для нас они одинаковые. Сами жители африканских стран делят себя на чёрных и цветных. Не по цвету, конечно. Чистокровные африканцы – обладатели всевозможных льгот и привилегий. Для них существуют бесплатное образование и медицина. Но, как рассказывал Андрею Дрензелеву его гид, они патологически не хотят работать.

– Многие живут в коробках! – судя по жестикуляции Андрея Леонидовича, просторным такое жильё не назовёшь. – Целые кварталы выстроены вдоль дорог. Едешь по трассе, и на протяжении пятидесяти, шестидесяти, ста километров тянутся эти коробки, какие то ящики, куски рекламных щитов, провода к ним подведены… Ужас! Им построили нормальные коттеджные посёлки. Пожалуйста, переселяйтесь абсолютно бесплатно. Не переселяются. Потому что тогда придётся платить за электричество! И не работают. А иные сумку сор — вать с плеча норовят. Максимум – вырежут какую нибудь свистульку и канючат: «Ну купи купи», – а за это время несколько раз в карман к тебе залезут, бейсболку сорвут или ещё что-то  в этом роде сделают.

«Цветные» – это метисы. Поскольку привилегий они лишены, вынуждены зарабатывать умом. Они более амбициозны, поэтому чего-то  добиваются в жизни. Работают в отелях, гидами, водят такси и самолёты. Хотя тоже с относительным успехом.

– В Замбии «Боинг» приземлился только с пятого или шестого раза. Самолёт прыгал и прыгал по взлётной полосе. Когда мы вышли, и я увидел здание аэропорта, мне совсем нехорошо стало. Нечто вроде нашего пивного шатра.

Вообще удивительно, как в Африке сочетается достаточно высокий уровень цивилизации, скажем в ЮАР, и абсолютная дикость в других странах. Однажды мы оказались на рынке в Замбии, где продаётся марихуана, слоны, женщины и автоматы Калашникова. Примерно по одинаковой цене. О России там не слышали. Да и белых видели не часто.

Кстати, мы тоже только однажды встретили русских в ЮАР. Это была невероятно колоритная пара банкиров из Москвы. Помните фильм с коронной фразой Фаины Раневской: «Муля, не нервируй меня!». Тот же самый типаж. Только она называла своего мужа Паня. И этот Паня высоты боялся страшно, а мы как раз собирались на сафари на воздушном шаре. Банкирша тоже собралась. Но даже с ней нам для полёта не хватало определённого веса. Так она своему Пане билет купила. И что вы думаете? В шар она его таки усадила.

В жизни раз бывает восемнадцать лет…

Если помните, началось всё с увлечения фотографией. Причём, как это часто бывает, совершенно неожиданно. Дело в том, что в 18 лет, будучи студентом второго курса БИТМа, Андрей Дрензелев женился. Вечером того же дня к нему в гости заглянул доселе неизвестный сосед, и не с пустыми руками. Он принёс стопку фотографий… свадьбы Андрея Дрензелева. Звали соседа Николай Орлов, сегодня он известный фотохудожник, а тогда был начинающим фотографом. И бракосочетание будущего бизнесмена и депутата снимал из окна своей квартиры.

Так в жизни нашего героя появился новый друг. Отец подарил свой старенький фотоаппарат.

– На тот момент фотография занимала около восьмидесяти процентов моей жизни, – делится Анд — рей Леонидович. – Если я чем-то  по настоящему увлекаюсь, то не могу заниматься этим лишь наполовину. Фотография стала одновременно и хобби, и средством к существованию. Родители нам, конечно, помогали, но мне хотелось содержать свою семью самостоятельно. Тем более, что через год дочь родилась. Поэтому первые заработки я истратил на крутой по тем временам «Зенит».

Вместе с Орловым они сутками пропадали в берёзовых рощах, снимали величественные пейзажи и микроскопических букашек. Одни из первых в нашем городе организовывали выставки художественных фотографий. Чёрно белых, на которых только подлинный мастер может передать истинную красоту.

Потом делали фоторепортажи сложных хирургических операций. Уже для газет. Много лет снимки Дрензелева печатали в «Брянском комсомольце», «Брянском рабочем», а однажды его работы напечатала центральная «Комсомольская правда». Это было не просто престижно. За три снимка студент фотограф получил гонорар, равный стипендии. А ещё снимал чужие свадьбы, делал невиданную доселе рекламу брянскому драмтеатру.

Впрочем, довелось всё же пора — ботать и по специальности. По окончании института Андрей Дрензелев стал мастером на стальзаво —-де, потом заместителем начальника цеха. Однако фотографию не бросил. Будучи ещё и командиром одного из лучших в стране оперативного комсомольского отряда, ездил в столицу. На совете МВД СССР он представлял Брянскую область. Камеру, конечно же, брал с собой.

– Тогда, – вздыхает он, – глядя на аппаратуру, которой снимали в Москве, я мечтал, что когда-нибудь  и у меня будет очень хороший фотоаппарат. Сейчас я имею возможность купить любую камеру. Хотя зарабатывать на жизнь фотосъёмкой мне уже не нужно, да и выставки организовывать вряд ли придётся…

Работа, как увлечение

Накануне интервью Андрей Леонидович решил напечатать снимки из последней африканской поездки.

– С таким удовольствием снова занялся любимым делом! – делится он. – Возможности современной техники потрясающие, но гораздо приятнее осознавать, что не «замылился» глаз, что можешь ещё и репортажный, и художественный снимок сделать. Тут как раз захо — дит мой давний знакомый, тоже фотограф. Понаблюдал за мной и говорит: «Так и не смог ты оторваться от этого занятия».

Не смог. Сегодня значительная часть его бизнеса связана все с тем же увлечением. Два года назад группа компаний «Авангард» открыла сеть цифровых фотосалонов, в каждом районе Брянска. Они были первыми, кто сделал цифровую фотопечать в нашем городе доступной.

Похоже, что комитет по связям с общественностью и СМИ в горсовете доверили ему тоже не случайно. Хотя депутатская работа состоит в основном совершенно из других дел.

– Мой избирательный округ включает в себя Большое Полпино и часть Новостройки. Не самые простые участки. Сначала, когда проехал по Полпино, я пришёл в ужас. Люди живут, почти как в той же Африке. По некоторым улицам зимой даже скорая не проедет. Мы с помощницей ходили как-то  по до — мам, так снегу выше пояса было.

Сейчас уже не жалею, что выбрал именно этот округ. Идёт потихоньку работа, за два года многое изменилось. Летом капитально отремонтировали дорогу, к примеру. Хотя я стараюсь как можно реже говорить об этом. Что ни скажешь, всё «пиар» получается. На самом деле просто хочется изменить ситуацию. Не должно быть в нашем городе таких участков, «где не ступала нога белого человека».

Ольга КОРНЕЕВА.

Просмотров: 921