Физика и лирика

В нашем городе, где нет пока ни одного культового рояля Stenvei, но за последние месяцы появилось сразу два немецких концертных инструмента Bechstein, есть человек, который знает о клавишных всё. И даже больше. Знакомьтесь – физик по образованию и фортепианный мастер по дару Божьему – Сергей Луговой.

Небольшой частный дом почти в самом центре Брянска. Огромный лохматый, если верить надписи на калитке, ЗЛОЙ пёс тычется мокрым носом в ладонь и весело размахивает хвостом. В глубине дворика мастерская: две комнаты, заполненных музыкальными инструментами. Пара разобранных чёрных роялей на боках—дожидаются своего часа. Пианино насчитывается больше десяти. Коричневые, полированные и матовые, разных размеров. Оказывается, чешские мастера в целях экономии квартирного пространства научились делать инструменты малютки, не уступающие по качеству звука стандартным собратьям.

Запах в мастерской особый. И не дерева, и не металла, а чего-то  более сложного. Так пахло когда-то  давно в музыкальной школе, особенно, если открыть крышку пианино и сунуть нос внутрь. Потому что там, внутри, другой мир, и невероятно интересно узнать, какой он. Что это за хитрые переплетения и для чего деревянные молоточки? Ипочему в одноминструменте войлок зелёного цвета, а в другом красного?..

На этом месте в класс обычно входил преподаватель и строгим голосом требовал крышку закрыть. Зато когда домой приходил настройщик! О, он не просто открывал крышку, он снимал верхнюю и нижнюю панели, и можно было спокойно рассматривать всё «музыкальное внутреннее», и становилось совершенно очевидно, что будь инструмент устроен попроще, он бы так вол — шебно не звучал.

Сергей Луговой тоже учился в музыкальной школе №4, что возле дома офицеров. Подозреваю, что и нос в фортепиано тоже совал. В том, что следил за каждым движением настройщика, когда тот приходил к нему домой, Сергей чистосердечно сознался. С этого, собственно, всё и началось.

Это теперь Сергей Луговой—член Ассоциациифортепианных мастеров России. А когда-то  был студентом второго курса БИТМа. Это сегодня за плечами 14 летний опыт работы мастером, а когда-то   «первой жертвой» был его собственный инструмент. И первый ключ настройщика, взятый у соседки — преподавателя музыкального училища, напрокат. Говорит, знаний полученных в самом начале обучения на факультете транспортного машиностроения, для того, чтобы разобраться в механике инструментов, хватило с лихвой.

Значительно больше временипотребовалось, чтобынаучиться слышать то, чего не слышат даже профессиональные музыканты: совпадения или несовпадения волн, их пульсацию, обертоны и иже с ними. В общем, всё то, из чего рождается неповторимый звук фортепиано.

Если бы вы видели, с какой увлечённостьюи лирикой Сергей рассказывает обо всей этой физике. Про то, что нагрузкана каждуюструну впианиноравна 100килограммам, а общая нагрузка на раму в рояле—аж 24 тонны. То есть виртуально на каждом рояле стоит около 20 легковых автомобилей (жаль, мы этого в детстве не знали!).

Благодаря собранной за эти годы раритетной библиотеке специальных книг и справочной литературы, он может подробно рассказать о технических особенностях инструментов тех или иных фабрик. Да ещё в зависимости от года выпуска! Кстати, в пианино год выпуска никогда не ставится, а у Сергея есть волшебная книжечка, где можно посмотреть и узнать, сколько лет вашему любимцу.

Вот ещё интересный факт: качественный инструмент отлично служит полвека. За это время на нём успевает выучиться несколько поколений любителей музыки. Профессионал способен разгромить механику лет за пять—десять. Поэтому в своё время и закрывались многочисленные фортепианные фабрики — рынок насытился. Новые инструменты не продавались. Концертные рояли сегодня вы — пускаются по тому же принципу, что и сверхдорогие автомобили. Практически под заказ.

На семинаре ассоциации фортепианных мастеров, откуда Сергей вернулся несколько дней назад, был представлен уникальный итальянский инструмент. За 27 лет своего существования фабрика выпустила всего около тысячи роялей. Причём поставки осуществлялись только в Канаду и Америку. Московский инструмент был первым из двух роялей этой марки, что находятся в Европе. Кстати, прежде чем на концерте за него сел пианист, специальноприглашённые изИталиимастера настраивали рояль два полных рабочих дня. Это тоже признак высокого класса и самого инструмента, и его настройщиков. По мнениюСергея, а он утверждает, что обычно очень сдержан в оценках, рояль звучал великолепно. Неудивительно, есть у итальянцев особый секрет. Как гласят рекламные проспекты, деки этих уникальных инструментов сделаны из того же дерева, которое когда-то  использовал для своих скрипок великий Страдивари. И растут эти деревья в лесах той же местности.

Доводилось СергеюЛуговому и на Брянщине встречать редкие инструменты. Некоторые вполне могли бы считаться антиквариатом. Как предмет интерьера. Играть на них в силу беспощадности времени и небережливос — ти хозяев было невозможно.

Три таких пианино Сергей привёз в мастерскую. Реставрация «интерьера» оказалась делом очень дорогостоящим. А вот спроса даже на роскошный «экстерьер» инструментов не оказалось. Только одно пианино уда — лось пристроить… в краеведческий музей. Да и то, что называется, Христа ради.

На каверзный вопрос: не доводилось ли в старых инструментах находить клады, фортепианный мастер только рассмеялся. Ирассказал историюпрозаическую, но забавную. Как-то повёз он в Трубчевск пианино под заказ. Выгрузили. Хозяйка просит, мол, не заберёте уж заодно и нашу старенькую «Десну», она нам всё равно теперь не нужна. Сергей с бригадой грузчиков торопились, поэтому быстренько потащили пианино в его первозданном виде, хотя обычно всё, что снимается, с тяжёлого инструмента снимают. Пока «Десну» кантовали, внутри всё время что тожалобно звенело. «Банка с водой», — подумал Сергей. Их часто ставят внутрь, чтобы дерево не рассыхалось.

Как выяснилось в Брянске, вместо банки в пианино оказались бутылки. Две. С водкой. Непочатые. Видно, хозяин «заначку» сделал. Интересно было бы взглянуть на него в тот момент, когда ондомойвернулся, аПИАНИНО НЕТ! Врядли домашние замечали за ним раньше такую любовь к музыке.

Кстати, о любви. По наблюдениям Сергея, любовь к музицированию в поколении нынешних детей и подростков вновь становится массовой. Иповодом тому, как ни странно, телевизор. Точнее музыкальные шоу. Петь и играть снова модно.

Что же касается до нашего героя, то у него любви хватает и на супругу с десятимесячной дочкой Катюшкой, и на рояли пианино, и на семинары обучающие. В апреле Сергей собирается на стажировку в Чехию, на фабрику Petrof. Мало того, он себе ещё одно хобби завёл: аккордеон. Не играет, правда, но стать планирует и аккордеонным мастером тоже.

Наталья ФОКИНА.

Фото Геннадия САМОХВАЛОВА.

Просмотров: 1291