Как в кино…

В прошлом номере «Брянской ТЕМЫ» мы рассказали вам о подготовке к съёмкам нового фильма нашей землячки, режиссёра Ларисы Садиловой.Сегодня мы поведаем вам о том, что делала в нашем городе принцесса из «Обыкновенного чуда», кого навещал в изоляторе временного содержания Виктор Сухоруков и как студент Трубчевского профессионального лицея получил прозвище актёр.

Воскресенье, 24 августа. Молодой милиционер с нескрываемым любопытством рассматривает женщину, которая стоит возле изолятора временного содержания УВД по Брянской области. Спустя минуты душевных мучений он все же решается подойти к ней:

— Это вы снимались в «Афоне»?

— Да, — Евгения Симонова улыбается своей неповторимой улыбкой.

— Да ладно! Не может быть! — вырвалось у потрясённого милиционера.

Конечно, может. Просто с тех пор, как она сыграла в «Афоне», прошло 33 года. В конце августа Евгения Павловна на несколько дней приехала в Брянск, чтобы сняться в роли адвоката в фильме Ларисы Садиловой.

Эту историю, которая произошла с ней час назад, Евгения Павловна рассказала, когда мы в небольшом перерыве между съёмками пили кофе в «Ла Веранде».

— Удивительно, что сотрудник милиции сомневался. Принцессу из «Обыкновенного чуда» невозможно не узнать, даже если она повзрослела на десятки лет. По-моему, Евгения Павловна, вы кокетничаете!

— Я люблю свой возраст. Вижу, что не молодею, но решила, что не буду делать пластические операции, хотя не считаю себя умнее тех актрис, которые решили таким образом помолодеть. Ведь для женщины вообще, а для актрисы особенно, возраст сужает возможности — уже не каждую роль можно сыграть. Но пластика — это ремонт, который никогда нельзя закончить. Например, можно сделать лицо. А руки? У меня руки всегда были старше меня. А дальше? Самое главное ведь в другом — в умении удержать внимание зрителя.

Я поняла это, когда несколько лет назад посмотрела фильм Ингмара Бергмана «Сарабанда», где играет Лив Ульман — актриса, которая была моим кумиром и на которую я была похожа в молодости. Долгое время я не видела фильмов к её участием.

И вот спустя 20 лет вдруг вижу на экране старую женщину! У меня всё внутри сжалось. Думаю, нет, всётаки ей нужно было сделать пластику лица. Только эта мысль пришла мне в голову, как спустя пару минут я забыла обо всём на свете и о её морщинах в том числе. Потому что уже жила переживаниями её героини. И тогда поняла, главное — оставаться интересной зрителю, и решила никаких пластических операций не делать.

— Что нужно для того, чтобы стать известной актрисой?

— НемировичДанченко сказал, что для успеха актёра должны совпасть три компонента: талант, труд и случай. Но убеждалась не раз на примере своих однокурс ников, если компоненты не совпадут, даже очень талантливые люди остаются без работы. Что же касается меня, то я понимаю, что судьба дарит мне очень много подарков. И я благодарна ей за это. Сейчас, когда мне 53 года, у меня ощущение, что я стала артисткой, если вообще стала, совсем недавно.

— Вы — редкая женщина. Всегда с лёгкостью говорите о своём возрасте!

— Наверное потому, что я — счастливая женщина. У меня две дочери и внук. Зоя Кайдановская — старшая дочь, актриса (снялась в главной роли предыдущего фильма Ларисы Садиловой «Ничего личного» — авт.) Младшая дочь, Мария Эшпай, учится в консерватории.
Не представляю своей жизни, если бы судьба не подарила мне моего мужа Андрея Эшпая. Мы познакомились на съёмках фильма «Когда играли Баха». Мне тогда было 27 лет. Удивительно, но мы настолько совпадаем во взглядах! Мой отец, который был нейрофизиологом,
когда мой первый брак распадался, говорил: «Детка, ничего не поделаешь, против законов не попрёшь. Фактор новизны длится не более трёх лет». А с Андреем оказалось, что закон — законом, а не проходит у нас факторновизны, и всё! А это имеет огромное значение для женщины. Да и зачем скрывать свой возраст? Всё равно ведь узнают! У меня есть подруга, которая старше на восемь
лет, а по легенде она меня младше. И вот я както в разговоре неосторожно назвала фамилию актрисы, с которой она училась на одном курсе в институте и тем самым невольно раскрыла её возраст. Подруга мне потом высказала. Но она изумительно выглядит! И мне кажет ся, что если бы при этом говорила, сколько ей лет, то вызывала бы такое восхищение!

— Евгения Павловна, по+моему, время не властно над вами, и все фильмы с вашим участием великолепны. Например, одна из последних ваших работ, роль скульптора в фильме «Многоточие», — просто потрясающая.

— На самом деле у меня много плохих фильмов. Просто не хочу их называть, чтобы никого не обидеть. Например, был такой случай. В день показа одного из таких неудачных фильмов к моему брату Юрию СимоновуВяземскому (ведущему программы «Умники и умницы») подошёл коллега и сказал: «Примите мои соболезнования. Сегодня вечером будут показывать этот ужасный фильм с участием вашей сестры», — с улыбкой вспоминает актриса.

— Долго ли раздумывали, прежде чем принять предложение Ларисы Садиловой?

— Для меня предложение Ларисы — ещё один подарок судьбы. Я её очень люблю и высоко ценю, потому как Садилова — одна из самых интересных современных режиссёров. Невероятно честная, ни на кого не похожая. У неё своя позиция, которую она отстаивает. И это смело! У её картин нет большого проката, но лишь потому, что нет денег на рекламу. Кино, которое снимает Лариса, о вечных ценностях, что будет волновать людей всегда. Поэтому когда она мне позвонила, попросила почитать сценарий и предложила сыграть в её фильме, я ответила: «Я согласна. Конечно, прочту сценарий, и даже если мне нужно будет просто открыть дверь, сказать: „Его нет дома“ и закрыть дверь», — я готова».

— А как вы относитесь к тому, что Садилова часто снимает в своих картинах непрофессиональных актёров? Их много и в этой картине.

— На самом деле это испытание для профессиона лов. Я 34 года снимаюсь в кино. У меня возникает иллюзия, что я чтото могу. Но на самом деле каждый раз всё нужно начинать заново. Поэтому, когда я узнала, что моя роль в этом фильме не маленькая и со мной на
одной площадке будут работать не профессиональные актёры, признаюсь, мне стало страшно. Думаю, ну, ёлки палки, сейчас мои три наработанных годами штампа полезут и это будет очевидно. Но я буду слушать Ларису Садилову и надеюсь, что мне удастся соответствовать заданному режиссёром высокому уровню картины.

— Вы много снимаетесь в кино и много работаете в театре Маяковского. Что вам ближе?

— В кино я всегда чувствовала себя в гостях, потому что для меня загадка — как делается фильм. Никогда не понимала производственного процесса кино, когда сначала снимают сцену, что ты умираешь, а потом, как ты живёшь. Всё с ног на голову! Мне уютнее на театральной сцене. Кроме того, есть актрисы, которые чувствуют камеру, знают, как нужно повернуться к ней, чтобы
выглядеть в кадре эффектно. А я иногда камеруто и невижу — близорукая всю жизнь была. Просто знаю, что камера гдето там.

ОТЕЦ И СЫН

Тем временем… за воротами изолятора временного содержания УВД по Брянской области в ожидании свидания ходит Виктор Сухоруков. Он приехал, чтобы увидеть сына, которого подозревают в совершении преступления. Но прежде чем актёр встретится с ним, пройдёт несколько часов. То, как Виктор Иванович входит на территорию ИВС, снимают раз тридцать. Но все терпеливо ждут, когда получится нужный режиссёру дубль.

— Мне понравилась роль отцаодиночки настолько, что для передачи драматизма образа я похудел на восемь килограммов! Потому что худой я — колючей, болезненней и более подходящий для этого персонажа. Моему герою присуще нервность, утончённость, а «мордашность» здесь не годится. Я проникся переживаниями своего героя и воспитываю сына, как на фронте! — признался Сухоруков.

Его сына играет 17летний студент Трубчевского профессионального лицея, будущий электрик Олег Фроленков. Как выяснилось, парень случайно попал на кастинг, который Лариса Садилова проводила в трубчевском Доме культуры.

— Я играю на басгитаре в трубчевской группе «ИНД». В тот день репетировал с ребятами, а этажом ниже проводили кастинг. Вот мы из любопытства и зашли. Спустя несколько дней мне позвонили. Так я попал в кино.

— Теперь, наверное, актёром хочешь стать? — интересуюсь у паренька.

— Не знаю ещё. Не думал. Пока на электрика ведь учусь. А что будет дальше — посмотрим.

— Что изменилось в твоей жизни после того, как стал сниматься в фильме?

— Думаю, хоть друзья и не показывают, но немного завидуют мне. Но я не «звездирую». Сейчас часто называют Андреем — как моего героя в фильме. Я сначала обижался, а теперь привык. А вот когда актёром называют, обижаюсь до сих пор. Не нравится мне это.

— Сложно играть в кино?

— Да ничего здесь сложного нет! — Без ложной скромности ответил Олег.

КРАСОТА, ЧТО ВСЕ НАБЕГУТ!

Лариса Садилова снимает на Брянщие уже второй фильм. Что привлекает режиссёра в наших краях? Может, потому что это родина Ларисы и ей здесь по-особенному работается?

— На самом деле я боялась сюда ехать снимать и предыдущую картину «Ничего личного», и теперь эту, рассказывает Лариса. — На родине сложнее работать — здесь всё знаешь и многое не видишь со стороны. Но продюсер фильма Рустам Ахадов (муж Ларисы — прим.
авт.) настоял, чтобы я снимала именно здесь. Теперь уверена, что Брянская область может выдержать несколько фильмов. Так как сам Брянск, например, сильно отличается от Трубчевского района. Думаю, что на Брянщине ещё один фильм сниму, тем более, что идея уже
есть. Своим коллегам по работе говорю: «Не говорите, где мы снимаем, потому как увидят эту красоту и сразу все набегут!» — улыбается Лариса.

— Почему в такой сложной психологической драме об отношениях родителей и детей вы рискнули снимать в роли сына не профессионального актёра?

— Вопервых, потому что в семнадцать лет профессиональных актёров не бывает, а вовторых, у Олега — отличное лицо. Есть такие люди, которые выдерживают крупный план. Вот направляешь на него камеру, он даже в этот момент ни о чём не думает, а на него интересно смотреть. Этим Олег меня и привлёк. На самом деле, в этой картине кроме Олега снимается очень много не профессиональных актёров. Например, сотрудники милиции, выезжающие на место ДТП, — настоящие сотрудники милиции. Я сделала этот выбор намеренно, потому как их поведение в кадре будет естественным. Они знают свою работу, а актёров ещё нужно учить тому, как
правильно замерять тормозной путь и задавать вопросы участникам аварии. Мой одноклассник Валерий Соловьёв сыграет фотографа. В «Ничего личного» у него была роль маньяка. Но всю линию с его участием из фильма потом вырезали. На этот раз зрители точно уви
дят его в картине.

…Съёмочная площадка. У молоденького сотрудника милиции звонит мобильный телефон. Он отвечает:

— Занят я. Чемчем!? В кино снимаюсь! — А вид такой важныйважный.

— Не знаю, в каком. В хорошем, разумеется. Как снимут, потом и поглядишь!

На съёмочной площадке побывала Ирина БОРИСОВА.
Фото Геннадия САМОХВАЛОВА.

P.S. Самое сложное на съёмочной площадке — ждать. Ждать часами, когда придёт время снимать эпизод с твоим участием, а ещё нужно ждать, например, солнце. Когда оно будет светить так, как необходимо в данный момент режиссёру и оператору. Иногда же нужно напротив — очень торопиться, чтобы солнце как раз не ушло и начатую сцену сняли при определённом свете. Не случайно ведь Виктор Сухоруков в течение нескольких часов пытался войти в ворота ИВС и снова возвращался на исходную — чтото не нравилось режиссёру и киношной камере. Проведя на съёмочной площадке один день, я поняла, в кино не бывает простых эпизодов, и если камера не видит то, что хочет передать зрителю режиссер, снимают до тех пор, пока не будет пойман тот самый миг. Миг, ради которого и придумали люди это магическое искусство под названием кино.

Просмотров: 784