Принципы и формулы Якова Такварова

— Яков Тарасович, откуда такал необычная для Брянска фамилия Такваров?
— Необычная, потому что я сам нездешний. Из Белоруссии. Родился в деревне Новодевятковичи Слонимского района Гродненской области. Отец мой Тарас Яковлевич родом из Херсонской области. Начал войну старшиной погранзаставы в 1939 году на границе с Польшей, окончил в 1944 году начальником штаба партизанской бригады. Остался на освобожденных землях Белоруссии поднимать сельское хозяйство. А мама переехала из Гомельской в Гродненскую область. Она была из весьма зажиточной многодетной семьи. Девять детей! Дед мой — мамин отец — был человеком мудрым и дальновидным. Как только началась коллективизация, он самый первый сдал в колхоз всё своё хозяйство: четыре лошади, две пары быков, шесть коров. И только этим спас свою семью от раскулачивания…
После войны мой отец окончил институт, работал директором совхоза, а мама до самой пенсии была воспитателем в детском саду. Когда мне было семь лет, папа умер. Брат и сестра только что поступили в институт. Мама настояла, чтобы они учились на дневном отделении и ей пришлось нелегко одной с тремя детьми.
— А почему вы выбрали карьеру военного?
— По очень простой причине. Жили мы небогато,
а в Минском высшем инженерном зенитно-ракетном
училище противовоздушной обороны курсанты находились на полном гособеспечении. И поступить
туда было не так-то просто. Довольно быстро я понял,
что военная карьера — это не моё. Быть «человеком в подчинении» в пашей достаточно субъективной военной системе… Не об этом я мечтал. Но характер у меня такой, что если уж за что-то взялся, то стараюсь быть не хуже, а в чём-то даже лучше других. Так что училище я закончил с хорошими оценками и распределился в Московский округ ПВО заместителем командира, начальником отделения управления стартовой батареи. Потом служил в Сирии, вернулся… Начальство ценило, карьера шла вверх… В общем, всё «по расписанию».
Я чётко сознавал, что в лучшем случае моё будущее — полковник в отставке с квартирой, машиной и дачей в областном центре. И это меня не устраивало… Было начало девяностых и просто какая-то интуиция сработала, я понял, что скоро всё лопнет. Будущего в армии нет. А вокруг уже начали создаваться первые кооперативы, которые работали по принципу, что не запрещено, то разрешено. В этой мутной воде многие пытались поймать золотую рыбку Люди делали целые состояния за несколько месяцев.
И тогда, посовещавшись со своей головой, я принял решение закончить военную карьеру, которой отдал двенадцать лет жизни. Спустя три года мне пришлось проезжать мимо части, в которой я закончил службу, и на месте процветающего военного городка остались буквально руины.
— Как происходило становление лесопромышленника Якова Такварова?
— По чёткому пути оптимизации. Начинал с твёрдых пород дерева: дуб, ясень, клён… Покупал лес и на разных предприятиях по договору строгал  шпон.
За умеренную мзду забирал себе самое лучшее и продавал, От шпона оставались остроги — отличный материал. Стал пилить их на паркетную заготовку. Появились партнеры, которые взялись изготавливать паркет. Потом предприятия, которые занимались лесозаготовкой, стали лопаться одно за другим. Пришлось самому покупать лес на корню. При этом у меня не было какой-то стационарной рабочей базы: одна бригада заготавливала лес в Белоруссии, другая — в Брянской области, одно предприятие строгало, другое делало паркет… А я мотался между всем этим на машине. Однажды поехал в Польшу за оборудованием. На новеньком Nissan Patrol. На границе таможенник-поляк стал дотошно проверять все мои документы. Посмотрел на пробег машины и обалдел: 140 тысяч километров за 9 месяцев. «Это же 15 тысяч в месяц, полтыщи в день!» — говорит. А я ему: «Пан, вообще-то у меня две машины»… В общем, с жизнью на колесах пора было завязывать. Я принял решение свести, наконец, всё воедино, и приехал в Брянск.
— Почему именно в Брянск?
— А где ещё есть такой богатый лесосечный фонд? Первые аукционы по продаже леса стали проходить в Брянской области уже в 1995—1996 годы. Мне посоветовали базу-банкрот в поселке Большое Полпино. Приехал, увидел старое административное двухэтажное здание, в котором сидели пять человек и подсчитывали убытки развалившегося предприятия. Я оформил необходимые бумага, выкупил предприятие, погасил все его задолженности и мы стали развиваться. Сначала поставили две сушильные камеры, потом купили итальянское оборудование по лесопилению, поставили паркетную линию, осушили болото, построили цеха. К тому времени у меня была уже надежная репутация среди партнёров, так что деньги на всё необходимое мне одолжили под будущую продукцию. А дальше всё просто: заработали — вложили, заработали — вложили…
— И как вас приняли на новом месте?
— Нормально приняли. Хотя если честно, то под занавес правления прошлого губернатора был такой полубандитский наезд с требованием денег. Ну да это дело прошлое… В нынешних условиях меня полностью устраивает позиция власти: хорошо помогать тем, кто что-то делает. В прошлом году мы вошли в перечень приоритетных инвестиционных направлений в области освоения лесов. Нам передали на безаукционной основе лесосечный фонд в аренду на 49 лет. За 50 процентов стоимости на срок окупания проекта. Вот это поддержка! Правда, все это тоже не с неба свалилось. К тому времени были построены лесопильный и пилетный заводы и именно под это производство я пришел просить лес. Мне его дали, но сначала пришлось вложить в производство более 10 миллионов евро. Иногда думаю: ну кто, кроме меня — дурака, вложил бы такие деньги в деревянный бизнес? Хотел бы подчеркнуть, что лесом мы занимаемся на всех этапах: от посадки и выращивания до заготовки и расчистки территории под новые посадки. И если бы не этот инвестиционный проект, был бы я в полном крахе… Сейчас занимаюсь тремя основными направлениями: паркет марки «Бонд», оконные системы WeenFort и биотопливо. В результате — абсолютно безотходное производство.

В продолжение беседы я попросила Якова Тарасовича прокомментировать каждый из десяти пунктов «Свода нравственных принципов и правил в хозяйствовании».
1. Не забывая о хлебе насущном, нужно помнить о духовном смысле жизни. Не забывая о личном благе, нужно заботиться о благе ближнего, благе общества и Отчизны.
— Я не могу назвать себя глубоко верующим человеком. Но убежден в том, что есть высший разум, который нами управляет, и жизнь не заканчивается после физической смерти, если человек, грубо говоря, зарывается, то высший разум обязательно поставит его на место. Рано или поздно, но это произойдёт. Все плохое к тебе же и вернётся. В этом я абсолютно уверен.
Я люблю с семьей бывать в Площанской Пустыни. Эти поездки дают мне умиротворение и веру в то, что я делаю благое дело. И не надо спрашивать меня о благотворительности. Я категорически против такого пиара.
2. Богатство — не самоцель. Оно должно служить созиданию достойной жизни человека и народа.
— Знаете, есть такой анекдот про нового русского, который поднимает голову из тарелки с черной икрой со словами «Жизнь удалась!» Я не аскет, но глубоко убежден, что человек на самом деле в своих потребностях достаточно скромен. Но, как руководитель, я в ответе за свой коллектив. А он у меня внушительный — около 700 человек.
На предприятии я веду политику открытости. Никаких кулуаров. Каждый может принимать участие в решении того или иного вопроса.
Есть у меня одна задумка, которая, к сожалению, несколько откладывается. Но я обязательно её осуществлю. Хочу для сотрудников строить жилье. Я всегда старался, чтобы мои работники получали зарплату чуть-чуть выше, чем на других предприятиях. Но когда готовишь специалиста несколько лет, всегда найдется тот, кто в конечном итоге захочет его перекупить.
Человека же наручниками к батарее не пристегнешь, да это и понятно: каждый ищет где лучше. Поэтому нужно находить, другие мотивации. Вот я и решил осуществить программу комфортного и доступного жилья на отдельно взятом предприятии. Даю человеку дом «под ключ» на земельном участке в черте города с условием: через десять лет нормальной работы он получает это жилье в собственность. Согласитесь, есть ради чего работать. Потому что при тех условиях, которые на данный момент сложились у нас в стране, купить себе жильё даже представителю среднего класса не реально! Безумные ставки по кредиту, сумасшедшие ипотеки… И при этом есть молодые умные и готовые работать специалисты, для которых свой дом — это платформа, которая наполняет жизнь другим смыслом. И отдача у человека совсем другая.
И сразу скажу, что не жду никаких благодарностей. Здесь прагматизм и четкий просчет. Есть люди, в которых я заинтересован и они должны быть со мною рядом. Таким образом я буду стимулировать. Кладезь мудрости — библия. А там написано: сделай человеку столько добра, сколько сможешь вынести от него зла. Добрые дела ведь прежде для себя, любимого, делаешь, для бизнеса, а потом для других.
3. Культура деловых отношений, верность данному слову помогают стать лучше и человеку, и экономике.
— По своей сути я — человек системный. В лучшем понимании этого слова. Если с кем-то о чем-то договариваюсь, то поступаю абсолютно по договоренности. Это очень важно в деловой этике, иначе бизнес вообще смысла не имеет. Сейчас кругом лопаются различные финансовые схемы. Почему? Потому что изначально в них закладывался обман. Но от обмана обман и получишь. А глобально все выливается в экономику страны…
А еще надо стараться жить по принципу «не проходи мимо». Я на Радоницу ехал в Белоруссию. Проезжал в шесть часов vтpa Новозыбковский пост, а там все было заставлено фурами. Не проехать! Я говорю: «Начальника смены пригласите сюда, пожалуйста». Вышел заспанный человек и на мое требование навести порядок стал что-то нечленораздельное бормотать… Я ему пообещал сфотографировать этот бардак и отправить письмо заместителю губернатора по региональной безопасности. За десять минут все фуры были растасованы и ситуация разрешена. Я понимаю, что все это нервы, здоровье… Но если у человека есть банально «гражданская позиция», то и остальным жить станет легче.
4. Человек — не «постоянно работающий механизм». Ему нужно время для отдыха, духовной жизни, творческого развития.
— Однажды я услышал очень образное выражение «отдыхать в оглоблях». Лично знаю многих людей, которые просто не умеют отдыхать по-настоящему и как та лошадь дремлят время от времени «стоя в оглоблях» и не позволяя себе расслабиться. А в результате что? Инфаркты, инсульты… И нет ни бизнеса, ни человека… Я же с годами выработал определенную схему: квартал работаю очень плотно, потом на неделю выезжаю отдыхать. Рыбалка, охота, путешествия… К сожалению, в прошлом году этот график немного сбился, да и в этом особо не просматривается. Но я стараюсь выкроить время и поехать с женой и детьми на отдых. Вообще считаю, что отдыхать надо только с семьей. Работая в таком напряженном графике, я прекрасно понимаю, что обделяю вниманием своих родных. Стараюсь наверстать эту нехватку в совместном отдыхе.
5. Государство, общество, бизнес должны вместе заботиться о достойной жизни тружеников, а тем более о тех. кто не может заработать себе на хлеб. Хозяйствование — это социально ответственный вид деятельности.
— Всё очень просто: поступай так, как договорился с людьми, и работай по совести. Нужно людям платить достойную зарплату и создавать нормальные условия труда. Я не могу отвечать за весь бизнес, но на моём предприятии зарплата платится вовремя и снижаться не будет. Никаких сокращений не предвидится. Более того, не хватает грамотных профессионалов. На сегодняшний день мы еле справляемся с объемами заказов. Я ищу новых сотрудников и надеюсь, что кризис, оставивший без работы многих специалистов, мне в этом поможет.
А на счёт государственной политики в отношении реального бизнеса так скажу: предлагать промышленному предприятию кредит под 20% — преступление. В торговых операциях, где крутятся «быстрые» деньги, можно работать на таких условиях, но для тех, кто что-то производит, — это убийственно. Ни один российский банк не заинтересован в реальном финансировании реального сектора экономики. Первое, в чём заинтересован банк, —банкротство предприятия и продажа его по частям, чтобы получить большую прибыль. Второе — стать соучредителем и получать львиную долю прибыли.
Я себя настраиваю на труд. Если захочу обогатиться за 5—10 лет, то на моём 6изнесе можно ставить крест. Завод — живой, с ним говорить надо. Он нуждается в постоянном внимании, т.е. вливании средств. Если человек готов, как марафонец, постоянно забегать на эту дистанцию и постоянно работать, то будет толк, а если он пришёл по быстрому что-то сорвать, то лучше и не начинай.
Производство — это долгий процесс. Этим нужно жить годами. Мой жизненный принцип: спереди кинешь, сзади поднимешь. И что спереди накидал, дай Бог, потом половину поднять. Я к торговле отношусь с огромным уважением, понимая, что сам не смог бы этим заниматься. Но вот посмотрите, сколько у нас в Брянске за последнее время открылось торговых центров. И не одного завода. Нужно развивать реальный сектор экономики, который будет приносить реальные деньги в бюджет. Жизнь заставит заняться производством. Поверьте мне. Это сейчас сладкое слово «аренда». Мечта! А вот раньше мечтали о «свечном заводике». Не сидеть на квадратных метрах, а про-из-во-дить! На одной торговле экономику страны не поднимешь.
6. Работа не должна убивать и калечить человека.
— Безусловно. У меня на предприятии шесть лет назад был страшный случай — погиб человек. Причем до сих пор не понятно, как это вообще могло произойти. Кусок рейки, минуя все защитные приспособления, вылетел из станка и прямиком попал в рабочего. Ни один специалист так и не смог объяснить, каким образом так получилось. Все правила безопасности были чётко соблюдены. Тогда я пригласил отца Никиту — настоятеля Тихвинской церкви. И он дал очень простое объяснение: «Ты созидаешь, а бесы тешатся!».
7. Политическая власть и власть экономическая должны быть разделены. Участие бизнеса в политике, его воздействие на общественное мнение может быть только прозрачным и открытым.
— Мое глубокое убеждение: бизнес не должен быть ангажирован. А политики не должны лоббировать интересы финансистов,  которые  их  прикармливают. Почему я оказался в городском Совете народных депутатов? Я пришел туда со своими принципами: не навреди, не укради, сделай для города что-то полезное. Брянск — город, в котором я живу и работаю уже 12 лет и никуда отсюда уезжать не собираюсь. Здесь мой дом, здесь выросли мои дети. И я хочу для своего дома сделать что-то доброе и хорошее.
Думаю, что мы все хотим жить в городе с хорошими дорогами, чтобы наши дети ходили в уютные детсады, учились в хороших школах, гуляли в благоустроенных парках и скверах. Чтобы вечером по улицам было безопасно ходить… Для этого должны работать предприятия и платить в бюджет налоги. А бюджетные деньги должны идти целевыми назначениями на конкретные дела, а не в карманы заинтересованных лиц.
Всё ведь просто! Зачем придумывать колесо? Круглое надо катить, квадратное таскать… Я вот решил, что свою депутатскую зарплату получать не буду. Эти деньги не мои. Подумал и выбрал для себя некоторые социальные объекты и буду эти деньги туда направлять.
8. Присваивая чужое имущество, пренебрегая имуществом общим, не воздавая работнику за труд, обманывая партнёра, человек преступает нравственный закон, вредит обществу и себе.
— Кто же с этими словами поспорит? Я сам поступаю с людьми, как договорились, и требую в ответ того же. Что главное в производстве? Постановка задачи и контроль за исполнением. Нет контроля, начинается хамство. Человек слаб и тянется к тому, что плохо лежит. Лично я за воровство уволю человека в течение пяти минут. Я в этих отношениях максималист. А ещё внутренняя культура важна. Вот пример: человек идёт на завод ко мне устраиваться, и я вижу, что он кинул бумажку мимо урны. Сразу говорю: «Даже не заходи сюда. Здесь тебя работать не возьмут».
9. В конкурентной борьбе нельзя употреблять ложь и оскорбления, эксплуатировать порок и инстинкты.
— Мне как-то везло по жизни с людьми. К тому же есть нормальный принцип: плохой мир лучше хорошей войны. И закон бумеранга никто не отменял. Главное — иметь запас прочности. Я всегда говорю: «Всё, что у меня есть, всё на виду».
10. Нужно уважать институт собственности, право владеть и распоряжаться имуществом. Безнравственно завидовать благополучию ближнего, посягать на его собственность.
— Один из грехов, которым я не подвержен, — это чёрная зависть. Смотришь на человека, у которого всё получается, и думаешь: «Ну и слава Богу!» Не завидую чьей-то «красивой жизни» и не понимаю разгулы с киданием денег направо и налево. Восхищаюсь талантами людей, их энергией. Халявы в жизни не бывает. И я постоянно себя на это морально настраиваю. Не знаю, как у других, а у меня, что даётся легко, то не долговечно. А что потом и кровью, то правильно и надолго. Моя бабушка Паша говорила: «Надейся на лучшее, готовься к худшему». Правильные на самом деле слова.

Наталья ТИМЧЕНКО.
Фото Игоря РЕДЬКИНА
и из личного архива семьи ТАКВАРОВЫХ.

1984