Маменькин «сынок»

В роли маменьки — наша землячка, режиссёр Лариса Садилова. А «Сынок» — её новый фильм. В рамках конкурсного показа он участвовал в «Кинотавре». Но настоящая премьера прошла 28 июня в Трубчевске. Именно там разворачивается действие картины, и многие её участники —жители города. А на следующий день фильм посмотрели и брянские зрители. О том, как вынашивался и рождался «Сынок», Лариса Садилова рассказала в эксклюзивном интервью «Брянской ТЕМЕ».

— Ваш журнал — просто молодец! Если бы не вы, премьеры фильма не было бы в Брянске. Вы нам здорово помогли и единственные, кто от начала и до конца следил за судьбой картины, опубликовали несколько замечательных материалов со съёмочной площадки, — поблагодарила режиссёр перед началом нашего разговора за чашкой кофе в уютном кафе San Rise.

Кастинг свиней и друние понты отечественного кинематографа

— Лариса, зрители, пришедшие на показ в Трубчевске, сопричастны фильму, многие в нем снимались. Они были более лояльны или, наоборот, критично кфильму настроены?

— В Трубчевске случилось то, чего давным-давно ждут в кинотеатрах. Люди в очередь выстраивались. а премьере все расселись по местам и сначала настороженно смотрели. А вдруг что-то  такое не такое покажем… Потом расслабились и начали очень живо реагировать. Мы перед зрительным залом плакаты повесили, чтобы писали отклики. Первая надпись была:
«Мне очень понравилось. Лена, 7 лет».

— Поначалу на «Кинотавре» пресса приз-за главную мужскую роль отдавала Сухорукову. Что же в итоге произошло?

— Что произойдёт, стало ясно, как только мы стали смотреть конкурсные работы. Фаворит фестиваля — фильм «Волчок» Василия Сигарева есть только интернете. Потому что там практически всё матом. Это не просто чернуха. Мать-алкоголичка мочится в кадре, маленькая дочка вытирает всё это тряпкой. И текст такой, что не матом только предлоги и союзы… Я понимаю: автор стремился всех шокировать. Но если в кадре будут бить котёнка об стенку, зрители в кинозале тоже будут трястись. А если это показать по телевизору — девять из десяти (у кого психика нормальная) сразу переключат канал. Режиссёр «Волчка» — талантливый парень. Он писатель, фильм снят по его пьесе «Пластилин», и, конечно, у него была задача — показать себя, заявить о себе. И он этого добился, — получился фестивальный фильм. И актриса, которая играла мать-алкоголичку, — супер!

Я тоже когда-то  снимала подобное кино. Если сравнить мою дебютную картину «С днём рождения!» и «Волчка», выиграет первый. Там много «жести», но нет ужаса. Но я не могу всю жизнь снимать «День рождения!». После того как показала себя и меня все узнали, хочется снимать о другом и по-другому… Поэтому когда дали приз-за лучшую мужскую роль не Сухорукову (а у него на фестивале была лучшая роль — его безоговорочно!), а за пятиминутную роль актёру Борису Каморзину (кстати, этот актёр родом из Брянска) в фильме «Сказка про темноту» режиссера Николая Хомерики, то со стороны жюри — это был жест: мы поддерживаем кино молодых! Возможно, если бы я была в жюри, тоже захотела бы поддержать молодых. Мне самой на фестивале понравился фильм «Яна». Но в нём опять же чернуха: наркоманы, психушка, в кадрах — уроды… В общем, то, что нужно для фестиваля. Хотя я уверена: «Белого слона» — приз кинопрессы — и «Сынок», и Сухоруков ещё получат. А буквально сегодня нам позвонили и пригласили фильм на престижный международный кинофестиваль
в Сан-Себастьяно.



— Сейчас многие снимают фильмы о жизни «простых людей в российской глубинке»…

— Что меня разозлило на «Кинотавре» (наверное, потому что я сама родом из Брянска) — провинцию снимают московские мальчики. И делают это с таким подтекстом: «какие же они всё-таки забавные, эти простые люди!» Я смотрю, и меня выворачивает от всегоэтого. Складывается впечатление, что сегодня такой бизнес-проект: «Снимаем про провинцию. Вот какая она у нас смешная, удивительная и замечательная».

При этом пишут сценарии обязательно в Ялте и обязательно в супердорогом отеле. Вот сидит на пресс-конференции режиссёр Борис Хлебников… Талантливыйпарень, и я его люблю, но ведь цинизм доходит до пика! Он снял фильм о том, как белорус приехал в Москву гастарбайтером. Вот только несколько сцен. Лежит белорус на завалинке, храпит. Следующий кадр — лежит свинья, храпит. Такая оригинальная метафор, с ума сойти! Дальше показали: баба идёт и сдаёт свинью какому-то  мужику за то, чтобы он отправил её родственника на работу в Москву. Я сижу и думаю: Хлебников, ты знаешь, сколько стоит свинья? И сколько стоит билет до Москвы? И кто это тебе свинью отдаст за это?

И вот на пресс-конференции ему задают вопрос, мол, замечательная свинья у вас снимается, где вы её взяли? Хлебников начал отвечать, и я подумала, что он специально издевается. Дескать, вы спрашиваете про свинью, а надо-то про актеров… Сейчас воспроизведу его ответ: «Мы проводили кастинг свиней. Нам присылали много фотографий, и мы отсмотрели около тысячи свиней. Наконец-то нашли нужную нам. Но у её хозяев была просьба, чтобы свинья обязательно ехала на переднем сиденье машины, когда её повезут на кинопробы».

Я сижу, думаю: «Молодец. Пять». Но Хлебников на полном серьёзе продолжает: «Нам привезли свинью, оказалось, что она вьетнамская и очень маленькая.Она нам не подошла, а эту мы нашли в краснодарском цирке». Ни хрена себе! Вы вообще с ума сошли!!!! Это ж столько понтов! Кастинг свиней, сценарий в Ялте… Да ты приедь туда, в эту деревню, сиди там, смотри, как люди живут, и пиши…

— Лариса, расскажите про кастинг не свиней. Как проходил отбор на роль Андрея? Это изначальное решение взять на главную роль непрофессионального актера?

— А где в семнадцать лет профессиональные? И если занимается парень в каком-то драмкружке — так то ещё хуже. Ему уже что-то  там про систему Станиславского вдолбить успели. А надо чтобы молодой человек естественно себя вел. Олег — студент Трубчевского профессионального колледжа, пришёл на кастинг с приятелем за компанию. Я ему потом говорила: представь, а если бы ты не пошёл?

Всех людей, которые попали в кадр, отбирал мой помощник Феруз. Два месяца он жил в Трубчевске, ходил по улицам, по местным училищам. Потом при встрече со мной показывал материал. Так из 100 человек мы выбрали 60, потом осталось 15. Олег сразу выделялся. Сидит, молчит, но за эти молчанием что-то  есть. Я сразу поняла: это мой «сынок». Олег к концу съё- мок раскрылся. Думаю, его заметят другие режиссёры. Ему бы сейчас начать сниматься в новой картине, но парня забирают в армию…



— С Виктором Сухоруковым у них контакт получился?

— Да, в фильме чувствуется, что они папа с сыном. Они и по-человечески сошлись, как мне кажется. Понимаете, я вообще, когда провожу кастинг, стараюсь брать актёров с точным типажным и психологическим попаданием, чтобы и в жизни человек был такой. В театре может и должно быть перевоплощение. Но в кино, если честно, я в это не верю. Чтобы актёр с непохожим типажом играл противоположную роль. И был абсолютно достоверен. Поэтому и Олега, и Виктора Ивановича, и других актеров я старалась подбирать еще и по человеческим качествам, чтобы они были похожи на своих героев.

— Хотелось бы сказать отдельное «спасибо» за то, что вы разглядели в Викторе Сухорукове отца. При ом, что ему раньше не приходилось играть ничего подобного. А сейчас вот фильм посмотрела и прямо не представляю, кто бы ещё мог так пронзительно сыграть…

— Я представляю! Но они все в могиле: Леонов, Никулин, Папанов… А среди сегодняшних артистов — я сразу подумала про Сухорукова, несмотря на то, что он никогда ничего подобного не играл. — У Виктора Ивановича, напротив, имидж весельчака, заводного человека…



— Да, но я сразу поняла, что это маска, что в жизни он не такой. И в фильме это видно. Он похудел на 10 килограммов для этой роли. Он играет действительно Акакия Акаиевича. Я понимала, что смогу его заинтересовать имеено тем, что такой роли в его послужном списке ещё не было. И, конечно, то, что он сделал в фильме, заслуживает восхищения!

— В прошлом году мы делали репортаж со съёмок в Трубчевске. На одном из фото у Сухорукова в руках щипцы для кастрации жеребцов. Почему вместо ветеринара вы решили всё-таки сделать его героя директором краеведческого музея?

— А ручки-то, а ручки какие… Ну, не ветеринар он внешне! Будете смотреть фильм, в нём демонстрация реальная, мы её снимали 17 сентября прошлого года в Трубчевске. И там настоящий ветеринар со своей женой будет петь песню. Вот вы посмотрите на его ручищи и сразу всё поймёте.

— В фильме ряд сцен снят в Брянском следственном изоляторе. Милиции на показе было много? И приходилось ли вам в житейском плане сталкиваться с милиционерами?

— Много было. Они даже все, бедненькие, попасть в зал не смогли. Зато хоть увидели себя людьми на экране! Кстати, жюри на «Кинотавре» было уверено, что все милиционеры в «Сынке» — профессиональные актёры. А профессиональные только Сухоруков, Симонова да несколько человек артистов из брянских театров.

Сталкиваться с милицией мне приходилось чаще всего на съёмках, потому что вся моя жизнь — кино. щё у меня дядька сидел. Тогда многих сажали за драки, хулиганство. Мы с мамой были на суде, и помню, как я маленькая ездила в колонию в Брасово. Когда снимали сцену в СИЗО, где Андрея сажают в клетку, я даже побоялась зайти туда сама. Сразу вспомнила свои детские страхи.

Жаль, что сейчас нам по телевизору всё больше оборотней в погонах и «евсюковых» показывают. Но подавляющее большинство милиционеров — это нормальныелюди, которые честно служат, выполняя подчас не самую чистую работу…

— Лариса, вы сами пишете сценарии для своих фильмов. У героев «Сынка» есть реальные прототипы?

— Отвечу так. У моей подруги, которая уехала в Америку с мужем, несколько лет назад их сын взял папину машину и поехал кататься. Его остановила полиция.Мало того, что у него не было прав — ему 16 лет — там недалеко произошло преступление, связанноес похожей машиной. И была целая волокита, разбирательство. Отделались они штрафом, но могло быть и тюремное заключение. Причем в тюрьму посадили бы не пацана, а его родителей за то, что не следили за сыном. И вот эта ситуация стала толчком к написанию сценария. Но это только сюжет. Сам фильм ценен тем, что все жители Трубчевска, где он снимался, — герои этой истории. Момент аутентичности. На экране они видят сами себя.

— По сюжету отец понимает, что ничего не знает о сыне, которого воспитывал без матери с полутора лет?

— Да, как все мы ничего не знаем о своих детях.

— И они заново открывают себя друг для друга?

— Не совсем. В финале получается, что отец так ничего и не понял. И всё у них будет по-прежнему. Мне кажется, это очень типичная ситуация. Когда что-то  происходит,легко сказать, что «я буду жить по-новому». А на самом деле очень трудно себя изменить.

— Кстати, в Брянской области есть общество отцов-одиночек. Они сами себя называют «мапулечки».

— Вот здорово! Давайте устроим для них и детей показ. Договоримся с Виктором Сухоруковым и Евгенией Симоновой, думаю, они с удовольствием приедут.

Виктор Сухоруков: «Сам рожей не вышел, так хоть сыночек — красавчик!»

— Виктор Иванович, Лариса Садилова сказала, что на время съёмок в «Сынке» вы отказались от всех рочих проектов. И жили только этим фильмом. Чем он так вас привлёк?

— Привлёк меня мой персонаж. Я таких людей никогда не играл. Мой герой — добрейшей души человек, но самое главное — отец-одиночка. Таких героев в нашем кино, по-моему, и не было. Вспомните хотя бы один с похожим сюжетом, и хотя бы одного актера,который сыграл бы отца, в одиночку — при живой жене! — воспитавшего сына…

— В голову приходит только «Родная кровь» с Матвеевым и Артмане…

— Там история немножко другая. Да, в конце Матвеев остается с детьми один, но вырастила их все-таки ероиня Вии Артмане. Поэтому «Сынок» — особенный фильм. Здесь настолько уникальна сюжетная ситуация, что она даже граничит с неправдой. Мы иногда задумывались над тем, а бывает ли так? Может ли такое случиться в реальной жизни? И я успокаивался только тем, что в России может быть всё!

Чем еще опасна была для меня эта роль? Тем, что все исполнители, кроме Жени Симоновой (которая играет ледователя), были непрофессиональными актёрами. И мне нужно было раствориться в этой непридуманной человеческой среде, стать там своим.

— Это было тяжело?

— Нет. Это было замечательно. Город Трубчевск, Брянская область, прекрасная погода. Ну, жил я в плохонькой однокомнатной квартире без горячей воды, газа, телевизора. Зато под окном росла рябина! И уже эта атмосфера помогла мне вжиться в образ.

Режиссёр на этом фильме — женщина, а фильм о мужчинах, об отношениях отца и сына. Было такое, что чего-то  Лариса о мужчинах немножко не угадывала? И вам приходилось ей подсказывать?

— Дело в том, что мы не ставили перед собой такой задачи — угадывать, кто в чём разбирается, а кто — не разбирается. Лариса, конечно, режиссёр универсальный. Её режиссуру чисто женской не назовешь. Да, она женщина, но в плане профессии — она танк! Это первое, а второе… Не то чтобы я пытался по-мужски что-то  там подправить. Видит Бог, я сам в этом дилетант, потому что я никогда не был семейным, в прямом смысле слова, человеком. И я никогда в одиночку не воспитывал
родного ребёнка. В моей практике этого не было! Открываю вам секрет: все, что вы увидите на экране, я не знаю, хорошо это или плохо, потому что это была моя фантазия, а не мой опыт.

— Но ведь у вас есть племянник, которого вы растили с детства!

— Да, я действительно заменил ему и отца, и друга, и товарища. Хотя я только его дядя. Я как-то  постеснялся об этом говорить, но вы угадали, это и правда мне помогло. Другое дело, что я был настолько увлечен придуманной Ларисой историей, что тоже многое в ней придумал. Выступил не только как сочинитель образа, но и сюжета.

— Как у вас выстроились отношения с Олегом? Всетаки вы — известный актер, а он обычный мальчишка из обычного провинциального городка…

— Когда я его увидел, обрадовался. Вот, думаю, сам рожей не вышел, так хоть сынок — красавчик. Не скрою, мы так и остались на разных планетах. Я так и не понял, устраиваю ли я его как «отец», как товарищ, как коллега. Он был очень сдержан во всех отношениях. Никаких проявлений восторга, удивления, радости с его стороны не было. Он просто был. А я пытался к нему подстроиться, быть мягким, доброжелательным. Мне казалось, что ему нужна моя помощь, но он в ней не нуждался.Другое дело, что сам сюжет позволял нам быть отчужд ёнными. Его независимость, диковатость требовалась и по роли. Так что фильму это только пошло на пользу…

Евгения Симонова: «это не приговор никому…»

— Евгения Павловна, как вы оцениваете фильм?

— Это, конечно, такая совместная удача Ларисы Садиловой и Виктора Сухорукова, потому что это огромная, подробная, очень честная и безжалостная по отношению к себе работа. И я думаю, что фильм собрал так много отзывов, потому что он абсолютно живой. Он про нас про всех.

— Финал получился достаточно открытым…

— Этот фильм — не приговор никому. И в этом тоже очень сильная позиция Ларисы всегда, во всех ее картинах. Она вообще никого не осуждает, она пытается рассказать историю. Лариса Садилова — редкий режиссер на сегодняшний день, которого интересует человек и все, что в нем скрыто. Вот она не плывет по поверхности красиво, изысканно, мастерски. Она любит
погружение.

— А что для вас стало решающим фактором, когда вы приняли предложение сниматься?

— Я прочитала сценарий, и он мне сразу понравился. Я люблю всё несоциальное, вне социального, и для меня картина «Сынок» — абсолютно несоциальна, потому что это фильм о том, что называется жизнью человеческого духа, как ни вульгарно это звучит, но этотак. Может быть, человек, который смотрит это, попытается что-то  изменить в своей жизни, он попытается услышать своего ребенка или, наоборот, услышать своего отца.

Олег Фроленков: «Нужно стараться понимать детей»

— Ну и как тебе снималось?

— Играть в целом было несложно. Хотя были и трудные моменты. Сложности были в том, что погода в Трубчевске постоянно менялась: с утра солнце, а вечером дождь…

С Виктором Ивановичем Сухоруковым работалось легко, он — хороший человек, с Ларисой и всей съёмочной группой сложились добрые отношения.

— Удовольствие получил?

— Да, получил. Когда посмотрел фильм, испытал удовлетворение от того, что сделал. Всё получилось. Идти ли мне в актёры? Я ещё подумаю над этим. Лариса мне предлагала попробовать себя в актёрской профессии.



— А друзья твоему успеху не завидуют?

— Нет, зависти не было, от товарищей чувствовал только поддержку.

— Как ты считаешь, Андрей, твой герой во всём прав по отношению к отцу?

— Отец, мне кажется, уж слишком опекал сына. И, конечно, вызывал этим раздражение. Но и сын был не всегда прав, вёл себя грубо порой.

— У тебя самого хорошо складываются отношения с родителями?

— У нас всё хорошо. Бывают проблемы, но они решаются. Просто нужно стараться понимать детей: и не баловать, и не вести себя с ними слишком строго…

Интервью подготовили Ирина ЧЕРНЯВСКАЯ, Наталья ТИМЧЕНКО, Ирина АЗАРОВА. Фото Геннадия САМОХВАЛОВА.

В тему!

Садилова Лариса Игоревна — кинорежиссер, сценарист, актриса, руководитель студии «Арсифильм». Родилась 21 октября 1963 года в Брянске.

Окончила ВГИК (1982, актёрское отделение мастерской С.А. Герасимова и Т.Ф. Макаровой).

В кино дебютировала как актриса в 1984 году ( «Лев Толстой», режиссер Сергей Герасимов), в 1998 стала известным режиссёром: дебютная ерно-белая картина «С днем рождения!» стала событием кинематографического года — призы «Кинотавра» в Сочи, премия Жоржа Садуля, призы МКФ в Мангейме, Котбусе, Братиславе… Второй фильм режиссера ( «С любовью. Лиля») получил  «Тигра» в Роттердаме, Гран-при в Варшаве, приз-за сценарий открытого фестиваля «Киношок» в Анапе
и множество других наград.

Фестивальный успех не миновал и третью картину режиссера ( «Требуется няня») — Национальная премия кинокритики и кинопрессы «Белый Слон» (Марина Зубанова), специальное упоминание жюри в номинации «лучшая женская роль» (Ира Шипова) — ОРКФ «Кинотавр», Сочи-2005 и другие призы.

Фильм «Ничего личного», снимавшийся в Брянске в 2007 году, получил награду МКФ, а исполнительница главной роли Зоя Кайдановская — «Нику».

Просмотров: 1074