Жизнь как чудо

Стать многодетными родителями, пережить девяностые, взять ребёнка из приюта и всегда оставаться счастливыми. Несмотря ни на что… Так коротко можно охарактеризовать историю семьи учителей Симачёвых — Ольги и Андрея, а также их четверых детей. В канун Всероссийского дня семьи, любви и верности, более известного под названием Дня Петра и Февронии Муромских, «Брянская ТЕМА» побывала в гостях у супругов Симачёвых.

По собственному признанию Ольги и Андрея их сблизила картошка, а заключению брака поспособствовала… покупка нового платяного шкафа. Не признание, а целая шифровка! На самом деле всё складывалось довольно просто: молодые люди вместе учились в Брянском педагогическом институте, полгода просидели за соседними партами подготовительного отделения, но друг друга упорно не замечали. У Ольги были свои далеко идущие планы, у Андрея свои.
Она мечтала ровно год отучиться на дневном отделении литфака, перевестись на заочное отделение, выйти замуж за красивого и здоровенного спортсмена и умчаться с ним в далёкие дали. И, между прочим, на тот момент отношения со «спортсменом» успели перешагнуть шестилетний рубеж. Дело действительно шло к свадьбе.
Первокурсник Андрей, недавно вернувшийся из армии, в свою очередь мечтал о карьере учёного. Он планировал через пять лет поступить в аспирантуру престижного столичного вуза и стать известным на всю страну лингвистом. При этом успевал играть на клавишном инструменте в брянских ресторанах, чем неплохо зарабатывал себе на жизнь. Андрей даже успел получить статус любимца общежития, подкармливая товарищей лакомствами из ресторанной кухни. Одним словом, наши герои преспокойно жили своими параллельными жизнями, пока в дело не вмешался случай…

ЛЮБОВЬ И КАРТОШКА
Однажды в перерыве между занятиями по современному русскому языку и отечественной литературе XIX века Ольга и Андрей вдвоём скучали возле окна. Был май, суббота, утро. К памятнику, стоящему возле института, одна за одной подъезжали свадебные кортежи. Глядя на них из окна, Андрей спросил: «Оля, а какую ты хотела бы себе свадьбу?» Девушка немножко подумала и нарисовала в своём воображении лошадей, бубенцы и прочие романтические атрибуты торжества. Мечты прервал звонок на пару, и о разговоре благополучно забыли… До сентября.
Осенью студенческая молодёжь, как это водилось, была рассажена по грузовым автомобилям и целыми группами отправлена на уборку картофеля в колхоз.
«По вечерам мы собирались у костра и пели песни под гитару, — вспоминает Андрей Геннадьевич, — именно в этой неформальной обстановке мы с Ольгой познакомились поближе, смогли рассмотреть друг друга как следует и окончательно и бесповоротно влюбиться!»
С «картошки» Андрей и Ольга возвращались уже парой. И тут же начались всевозможные интриги: то Ольга убегала со своим спортсменом, то Андрей начинал ухаживать за наиболее симпатичными посетительницами ресторанов, где он, как и прежде, играл в музыкальной группе по вечерам. К декабрю страдания решили прекратить и подали заявление в загс. Правда, вскоре невеста задумала сбежать от своего сокурсника-жениха. Сейчас Ольга Михайловна вспоминает этот случай с улыбкой: «Мы пошли забирать заявление, но нам его не отдали — в загсе был выходной. Прихожу домой расстроенная и что я вижу: мама устанавливает в гостиной новенький шкаф! Она купила его специально к нашей свадьбе. А тут я со своим рассказом, что замуж не хочу выходить. Она на меня разозлилась и говорит: „Ты с ума сошла! Дата свадьбы назначена, родственников и друзей пригласили, наконец, шкаф вот купила! Как хочешь, но замуж ты выйдешь. И именно за Андрея!“ Вот и пришлось мне исправлять ошибки — Андрей ведь в этот же день „навсегда“ уехал в Сещу, где у его родителей была квартира. Учиться со мной в одной группе он не хотел… Мама дала мне денег на билет, и я поехала мириться. Поженились мы, как и было назначено, четвёртого марта».

РАДОСТИ ИЗ РАДУТИНО
Студенческая семья зажила дружно. Квартиру снимали у родственников. При этом у молодых кто-то  постоянно гостил. Однокурсники постоянно оставались ночевать, а иногда и жить целыми неделями. По очереди готовили обед и мыли посуду, по очереди приглядывали первенца Димочку — сына всего студенческого полка. Хотя обо всём этом Ольга и Андрей сами прекрасно расскажут.
— Как из разряда студенческих семей перешли в разряд семей учительских?
Андрей: Жена уже окончила институт, а я ещё год доучивался заочно. И по её распределению в 1986 мы вместе поехали в посёлок Радутино Трубчевского района.
— Как же распределили свои обязанности в сельской школе два молодых учителя русского языка?
Андрей: Я работал учителем труда, водил на физкультуру младшие классы, преподавал историю и географию. Но самым интересным занятием в нашей школе был просмотр сериала «Рабыня Изаура». Ежедневно с десяти до двенадцати утра. Телевизор находился как раз в моём классе. Смотрели всей школой: и директор, и первоклашки!
Ольга: А я преподавала русский язык, историю и обществознание. Мне ещё и химию предлагали вести, но я отказалась. Совсем уж не филологический предмет! А всё потому, что у нас была малокомплектная школа. В среднем в классе училось по семь человек, а в самом маленьком классе была всего одна девочка. Поэтому учитель в радутинской школе был и чтец, и жнец…
— Признайтесь, принёс ли вам радость посёлок с названием Радутино?
Ольга: Конечно! Именно там родился наш второй сын Даниил. Работу я не бросила, продолжала преподавать. Мне нашли бабушку, которая приходила к нам и присматривала за ребёнком. В Радутино мы прожили положенные три года и благополучно вернулись в Брянск.
Андрей: Здесь, конечно, жизнь оказалась посложнее. На дворе девяностые годы, в семье два учителя и двое детей. Я подрабатывал тем, что создавал на синтезаторе фонограммы. Мне повезло, караоке в то время было настоящей редкостью, и моя работа пользовалась спросом! Однажды для одной школы я сделал три фонограммы и получил за них сто пятьдесят рублей, чему был несказанно рад.
Потом одно время я работал сторожем в детском саду, затем также по ночам охранял ларёк «Ритуальные услуги». В конце концов не выдержал постоянного безденежья и устроился на молочный комбинат экспедитором. Я попал в совершенно иной мир, где взрослые люди и взрослые отношения. За годы работы в школе я совершенно отвык от общения с деловыми людьми — со своей психологией и менталитетом. Тут-то я и понял, почём фунт лиха. Но вскоре я свыкся с новой профессией, начал неплохо зарабатывать, улучшилось благосостояние семьи.
— А вы, Ольга, как строили свою карьеру в Брянске?
Ольга: Когда мы вернулись в Брянск, я пошла работать в детский сад.
А потом начались проблемы: количество детей сокращалось, дошкольные учреждения закрывались… Заведующая собрала всех нас и сказала: «Девочки, у кого есть дипломы о высшем образовании — не теряйте времени, попытайтесь устроиться в школу». Так я снова стала преподавателем. Муж работал в одной школе, я в другой. Потом перешла в его школу. Работали в одном классе, по очереди в первую и вторую смену. А уже из школы я перешла в детский приют «Союз», где и работаю по сей день.
Андрей: За это время наши дети успели вырасти и получить образование. Старший Дима поступил в колледж, потом в техникум. Теперь у него две специальности: автослесарь и мастер по холодильным установкам. Даня учился в десятом классе и мечтал стать дизайнером. Кстати, сейчас он учится в БГУ и подрабатывает дизайнером интерьеров.

БЛАГОДАРЯ? СОГЛАСНО? ВОПРЕКИ!
— Как же ваша семья стала многодетной?
Ольга: У наших детей Димы и Ани разница ровно двадцать лет и неделя. Честно скажу: когда я узнала, что беременна — это был самый трагический день в моей жизни. Причин было много. Во-первых, стандартная семья — двое детей, в материальном плане очень удобно. У нас только-только начали появляться лишние деньги, а рождение ребёнка — это значительные траты.
Во-вторых, возраст. К тому моменту мне было уже сорок лет. И, в-третьих, здоровье не позволяло мне рожать: у меня одна почка опущена, незадолго до беременности я переболела тяжёлой формой гепатита Б, а в начальные сроки беременности перенесла пневмонию… Мне кололи сильнейшие антибиотики, дважды делали рентгеновский снимок, и никто даже и предположить не мог, что я жду ребёнка! Всё произошло на Рождество — мне стало плохо. Врачи решили, что сердце барахлит, положили в больницу. Сердце у меня действительно не совсем здоровое, давление иногда подскакивает. Лежу в больнице с сердцем, и вдруг у меня поднимается температура и несколько дней держится на уровне сорока градусов. Диагноз — воспаление лёгких. Мне лечат воспаление лёгких, сердце, почку, а состояние всё ухудшается. Отправили к гинекологу — доктор сказал: «По моей части абсолютно здорова и отклонений нет!» Про беременность — ни слова. Только через два месяца меня отправили на УЗИ и определили беременность.
— И что говорили врачи?
Ольга: А что они могли сказать… Перед врачом карточка с заболеваниями, там и без слов всё понятно. Сказали, что ребёнок будет ненормальный, это точно. Говорили, что родится отсталым в умственном развитии и калека физически из-за того, что я находилась в контакте с сыном, больным краснухой. Представляете, какой это был шок!
Ещё одна проблема — как рассказать обо всём этом детям, родственникам… Да и врачи настаивали, что нужно выбросить малыша на свалку ещё до его рождения. И я уже почти согласилась. Но вышла из кабинета врача, постояла в коридоре, собралась с мыслями, вернулась и сказала: «Оставляю. Не могу выбросить. Я сама умру, если убью своего ребёнка!» Мне назначили щадящее лечение, уже без антибиотиков и рентгенов. Но генетические анализы всё равно показывали — родится малыш с синдромом Дауна.
— Как старшие дети отреагировали на то, что в семье будет пополнение?
Ольга: Дети были в шоке! Когда Диме сказали, что у нас будет ребёнок, он где стоял, там и сел. А потом говорит: «Хорошо! Назовём Ромкой или Мишкой». Я растерялась, отвечаю: «Наверное, пора бы девочку!» Плохих новостей мы им не сообщали… Анализ был не на сто процентов точным. Нам предложили поехать в Москву и точно определить интеллектуальный уровень ребёнка. Но я посчитала, что если ехать в столицу — это же столько денег придётся потратить! В тот день пришла домой и говорю мужу: «С какой новости начать: с хорошей или плохой?» Он отвечает: «Начни с хорошей». Хорошей была новость о том, что ждём девочку, плохой — девочку с синдромом Дауна. До самых родов мы молились, чтобы с нашей малышкой всё было в порядке…
Рожать сама я не могла. Наркоз выбрала самый слабый, чтобы всё видеть, слышать и по возможности чувствовать. Когда мне сказали, что Аня абсолютно здорова, я в первый раз вздохнула с облегчением.
— Расскажите, как в вашей семье появился младшенький, Данечка?
Ольга: Если бы не было Ани, не появился бы и Даня в нашей семье. Это чудо! Уже три года из своих четырёх с половиной он является полноправным членом нашей семьи. Он у нас самый маленький и самый хозяйственный ребёнок из всей четвёрки.
— Почему решили взять ребёнка из детского дома?
Ольга: Мысль такая появилась давно, ещё когда мы жили в деревне. Правда, тогда муж сказал, что пока материально не устроимся, не стоит брать на себя такую ответственность. Но, говорят, что всё во власти языка. Второй сын Даниил постоянно просил сестричку или братика. Он показывал на малышей во дворе и повторял: «Мама, смотри, может, и тебе когда-нибудь  захочется!»
Тем более что мальчишки росли вдвоём, а Аня — одна. Не порядок! Оставалось много хороших детских вещей. Решили взять девочку. Мальчики сразу согласились, только Аня сопротивлялась. Она очень впечатлительный ребёнок и всегда была ко мне привязана — даже других детей не подпускала. Долго пришлось её готовить. Мы рассказывали ей, что где-то  маленький ребёнок лежит одиноко в кроватке и плачет — плохо ему без мамы. Мы поехали в органы опеки и попечительства — попросили подыскать нам девочку в возрасте двух-трёх лет. С девочками были какие-то проблемы. Нам предложили младенца Егора, мы стали оформлять на него документы, уже купили детские вещи, но нам отказали. Что-то не так было у него с документами.
Я очень расстроилась и уехала на подработку в пионерский лагерь. А когда вернулась в конце августа, то узнала, что в Карачевском доме ребёнка есть три особенных малыша. При рождении им был поставлен диагноз «ВИЧ-инфицированный», который впоследствии не подтвердился. Болезнь не передалась от мамы к ребёнку.
Так мы познакомились с Данилой и сразу влюбились в него, несмотря на толстенную медицинскую карту и целый ворох болячек: задержка роста, веса, развития… Мы верили, что всё у нас будет хорошо!
Теперь в нашей семье четверо детей: Дмитрию двадцать шесть лет. Он уже женат. Даниилу — двадцать два, он только что пришёл из армии. Анечке — шесть, а Дане — четыре. Все, слава Богу, здоровы. Младшие сейчас ходят в детский садик, оба развиваются нормально. Это и есть моё счастье!
— Что самое главное в семейной жизни?
Андрей: Мир — вот главное!
— А любовь?
Ольга: Любовь — это и есть мир.
Андрей: Мы любим друг друга, любим своих детей. Ведь если нет любви, нет смысла людям находиться рядом. А дети — это наше связующее звено, смысл всей нашей жизни!

Александра САВЕЛЬКИНА.
Фото Геннадия САМОХВАЛОВА
и из личного архива семьи СИМАЧЁВЫХ.

P.S. Семья Симачёвых выражает огромную благодарность Комитету по делам молодёжи, семьи, материнства и детства Брянской городской администрации за оказываемую поддержку и помощь.

Просмотров: 1571