Смерть как чудо, или 12 дней, чтобы стать по-настоящему взрослым

— Розовая Мама, мне кажется, что они придумали другую больницу вместо той, что существует в реальности, — говорит кукла-ребёнок Оскар. — Они ведут себя так, будто в больницу приходят только выздоравливать. Но ведь на самом деле здесь и умирают.

— Ты прав, Оскар, — отвечает Розовая Дама. — Думаю, то же заблуждение касается и жизни. Мы забываем, что она эфемерна, непрочна, бренна. И притворяемся бессмертными…

Это цитата из новой постановки Брянского областного театра кукол «Оскар и Розовая Дама. Письма к Богу», премьера которой состоялась 26 апреля. Скажем, и не премьера вовсе, а общественный показ (как заявлено на афише), большая репетиция для своих. Режиссёр Павел Акинин признавался в тот день журналистам, что сам полностью увидел спектакль впервые, что планирует ещё немало над ним поработать, чтобы довести до совершенства новый проект.

Новую философскую притчу, где зрители проводят с мальчиком Оскаром последние 12 дней его жизни. Спектакль, на котором публике приходится загонять под ногти занозы, чтобы не расплакаться. Первую по-настоящему взрослую постановку областного театра кукол: для тех, кому 14+, для тех, у кого есть сердце, — для людей.

«Меня зовут Лысый, на вид мне лет семь, живу я в больнице…»

В спектакле всего два главных действующих лица: десятилетний мальчик Оскар, который неизлечимо болен раком, и Розовая Дама, одна из тех сиделок, одетых в розовую одежду, которые ухаживают за больными детьми. Розовая Дама, или, как называет её Оскар, Розовая Мама, предлагает мальчику игру — каждый день он как бы проживает полноценные 10 лет жизни. Каждый из 12 оставшихся дней…

И ещё, по совету Розовой Дамы, Оскар обращается к Богу. Ежедневно он пишет ему письма.

«Меня зовут Оскар, мне десять лет, я поджигал кошку, собаку, дом, и пишу я тебе в первый раз, потому что раньше времени не было — из-за школы»… А мог бы написать: «Меня зовут Лысый, на вид мне лет семь, живу я в больнице, потому что у меня рак, а не писал тебе, потому что не подозревал о твоём существовании». Но если бы я так написал, это произвело бы плохое впечатление и ты бы не стал мною заниматься. А мне нужно, чтобы занимался. Меня бы вполне устроило, если бы ты нашёл время оказать мне пару-тройку услуг…

Больница моя — классное место. Вокруг — куча взрослых, все в отличном настроении и громко говорят; куча игрушек, розовых дам, которые развлекают детей, а также ровесников типа Эйнштейна, Попкорна или Копчёного Сала. Короче, если ты здешний больной, тут вполне можно словить свой кайф. Но у меня с кайфом больше не получается. После пересадки костного мозга с удовольствиями стало плоховато. Когда доктор приходит утром с обходом и не может прослушать у меня сердце, он страшно мною недоволен. Бывают дни, когда мне хочется на него наорать, высказать ему прямо, что, возможно, это именно он, доктор Дюссельдорф вместе с его чёрными бровями запорол операцию. Но вид у него такой несчастный, что обвинения застревают в горле…»

Больница эта, где «никто уже не шутит, как прежде», где медсёстры, практиканты и нянечки отвечают на шутки смертельно больного ребёнка улыбками «через силу», — выглядит очень уж иностранной. И дело не в декорациях или фамилии врача, созвучной названию немецкого города. Достаточно всего одной сцены: доктор сообщает родителям Оскара окончательный диагноз, называет ничтожное количество оставшихся дней, спрашивает, не хотят ли они повидаться с сыном. А в ответ: «У нас нет на это сил…» — и звук удаляющегося по гравию автомобиля. Они, конечно, вернутся потом и будут рядом — силуэтами, голосами, пластичными движениями ласкающих рук.

Но так же, как и врачи, медсёстры, и нянечки, смогут отвечать лишь улыбками «через силу». В полную и даже в двойную «силу» сможет улыбаться только Розовая Дама.

«Единственное решение у жизни — это жить»

Совсем недавно «Брянская ТЕМА» рассказывала о благотворительном фонде помощи онкобольным детям «Добрый журавлик», который занимается в том числе и паллиативной помощью — повышением качества жизни пациента, невзирая на то что жить-то осталось совсем немного.

«К сожалению, сегодня врачи могут вылечить не всех, — поясняет сложный термин директор фонда Карина Сычёва. – Мы не считаем возможным оставлять наших подопечных и их родителей наедине с неизлечимым заболеванием. Мы можем дать каждому больному ребёнку качество жизни, свою любовь и заботу». Вероятно, сама не зная того, паллиативную помощь маленькому Оскару оказывала и Розовая Дама. Наверное, поэтому каждый из двенадцати оставшихся дней, разыгранных людьми и куклами на сцене, не кажется таким уж страшным.

Всё жестоко-нелогичное, что происходило с Оскаром прежде, превратилось в обычное течение жизни. Он понарошку пережил пубертатный период, брак с Пегги Блю — девочкой из соседней палаты, процесс старения, собственно старость, а по-настоящему — первую любовь, первый поцелуй, дружбу, смерть…

И всё это было так легко, так не больно! Как настоящее детство с его невинным страхом забеременеть от поцелуя с языком; усыновлённым медведем Бернаром, у которого «уже ни глаз, ни рта, ни носа, опилки наполовину высыпались» и которого родители хотели заменить другим, новым; как детство с его ночными страхами и шоколадкой с орехами в качестве разменной монеты.

А ещё с диалогами наподобие этого:

— Почему твой Бог, Розовая Мама, допускает, чтобы на свет появлялись такие, как мы с Пегги?

— Это к счастью, что допускает, малыш мой Оскар, без вас жизнь была бы не так прекрасна.

— Нет. Вы не понимаете. Почему Бог позволяет, чтобы мы болели? Значит, он или злой, или не такой уж всесильный.

— Оскар, болезнь — это как смерть. Данность. Не наказание. Или…

— Розовая Мама, мне кажется, в медицинском словаре имеются только частные случаи, проблемы, с которыми может встретиться тот или другой человек. Но нет того, что касается всех — Жизнь, Смерть, Вера, Бог.

— Наверное, лучше было бы взять философский словарь, Оскар. Однако, если даже ты найдёшь в нём понятия, которые ищешь, тебя скорее всего ждёт разочарование: ответов и толкований множество, и они разные.

— Как такое может быть?

— Самые интересные вопросы остаются вопросами. В них содержится тайна. К каждому ответу следует всегда добавлять «возможно». Только малозначительные вопросы имеют окончательные ответы.

— Вы хотите сказать, что у Жизни нет решения?

— Я хочу сказать, что у Жизни — множество решений, а следовательно, нет единого решения.

— А я думаю, Розовая Мама, что единственное решение у жизни — это жить.

В этих философских диалогах в общем-то нет ничего удивительного. Говорят, что онкобольные дети взрослеют намного быстрее обычных. Так же быстро пришлось повзрослеть на сцене Брянского театра кукол исполнителю главной роли — 20-летнему кукольнику Ивану Песневу. Для вчерашнего выпускника Нижегородского театрального училища «Оскар и Розовая Дама» — это первый серьёзный спектакль. И хотя до этого была уже работа в «Цирке Шардам», постановках «Мешочек соли», «Золотой цыплёнок», «Лиса и медведь», «Рождественский вертеп», — драматическую роль Иван исполнял впервые.

«Самое трудное — понять этого ребёнка, — признался актёр. – Я пережил вместе с ним последний его день и сам как бы умер после этого. Как? Ни я сам, никто не сможет этого объяснить!»

«Это всё правда. Всё чистая правда, — не скрывая эмоций (и слёз) поделилась впечатлениями после премьеры заместитель директора по организации зрителя Альбина Рудакова. – Мне самой пришлось оказаться в такой больнице. И я видела, как десятилетний мальчик каждый вечер, стоя на коленях, молился Богу…»

Зачем страдать?

Некоторые российские театры кукол имеют «Оскара и Розовую Даму» в своих репертуарах. Но то, что происходило на сцене брянского театра, всё-таки состоялось впервые. Со сцены, которая долгое время считалась исключительно детской, впервые по-настоящему заговорили со взрослыми жителями нашего города. Взрослыми не по возрасту — по мироощущению.

Александра САВЕЛЬКИНА
Фото Михаила ФЁДОРОВА

В тему!

Когда верстался номер, нам стало известно, что спектакль «Оскар и Розовая Дама» принял участие в VIII Международном фестивале «Подольская кукла — 2013» в Виннице. В этом украинском фестивале приняли участие более 19 гостей-конкурсантов — театральных коллективов из Болгарии, Румынии, Казахстана, Литвы, Молдовы и России.

Брянский театр кукол вернулся в родной город с максимальным количеством наград. Во-первых, стал лауреатом, заняв третье место по оценке высокопрофессионального жюри. Во-вторых, получил приз детского жюри. И, наконец, брянская актриса Елена Сафронова (Розовая Мама) была удостоена приза за лучшую женскую роль.

2022