Не боги от боли спасают…

«Она полностью посвящает себя больным», «люди склада Нелли Ивановны концентрируют свою жизнь, свою деятельность на ответственность перед совестью, людьми и Богом», «женщина средних лет, небольшого роста, хрупкая, проработала за операционным столом более пяти часов» и, добавим, спасла жизнь пациента с разрывом аневризмы и огромной кровопотерей. Такие отзывы адресуют брянские пользователи Интернета ангиохирургу, врачу высшей категории Нелли Кретовой, а она, слегка смущаясь, добавляет: «Врач — не Бог, мы всего лишь инструменты в руках всевышнего». О том, как натуральные продукты позволяют сохранить здоровье сосудов, о таблетках для бессмертия и продлении женской молодости — читайте в интервью «Брянской ТЕМЫ».

— Согласитесь, слово «ангиохируг», обозначающее довольно узкую медицинскую специализацию, знакомо далеко не многим жителям Брянска. И, возможно, знание это не требуется до тех пор, пока «не грянет гром» оказаться на операционном столе. И всё же, Нелли Ивановна, какой процент от общего числе жителей региона составляют те, кто на собственном опыте знает, чем занимается ангиохирург? Другими словами, насколько актуальна эта проблема — болезни сосудов?

— Заболевания сосудов, требующие оперативного вмешательства, а именно артериальные и венозные патологии, бывают разными, соответственно отличаются и средние статистические данные. Например, довольно широкое распространение в настоящее время приобретает хроническая венозная недостаточность. Увеличение этой патологии связано зачастую с малоподвижным образом жизни. Заболеванию подвержены 70–80% женщин.

Даже если нет внешних изменений на коже, вены не выступают, словно виноградные гроздья, но ближе к вечеру вы начинаете испытывать тяжесть, отёчность в ногах, — это повод обратиться к своему участковому терапевту. Болезнь преимущественно женская, но сейчас всё чаще выявляется и у мужчин: венозная недостаточность, например, встречается у тех представителей сильного пола, которые подолгу сидят за компьютером или работают в положении стоя.

Что касается артериальной патологии, наш главный враг — атеросклероз сосудов, хроническое заболевание, которое неизбежно развивается в той или иной степени практически у каждого жителя нашей планеты. Вследствие нарушения обмена веществ в организме развиваются уплотнения, снижается эластичность стенок артерий, с последующим образованием в их просвете бляшек, которые сужают или полностью закрывают просвет. Атеросклерозом могут поражаться любые бассейны артериальной системы, но чаще, конечно, этим изменениям подвержены крупные магистральные сосуды.

Люди не вечны. И если бы кто-нибудь сегодня объявил о создании лекарства для бессмертия, им оказалась бы таблетка от атеросклероза, возрастных изменений кровеносных сосудов. На сегодняшний день это заболевание непобедимо, но его наступление можно «отодвинуть», а если уж диагноз поставлен, следуя несложным правилам, можно научиться с ним жить. К сожалению, атеросклероз сегодня очень помолодел. На стол к хирургу попадают люди от 30 лет и старше, хотя всё же в среднем эта проблема характерна для женщин в период климакса, менопаузы, для мужчин — после 50 лет.

— А если возникновение заболевания неизбежно, но очень не хочется на операционный стол, как скорректировать образ жизни, чтобы как можно дольше сохранить здоровье сосудов?

— Если говорить о женщинах, пока работают яичники и тем самым поддерживается благополучный гормональный фон, организм получает определённую защиту от атеросклероза. В период климакса, постменопаузы, организм женщины более уязвим перед многими заболеваниями. Бывает же такое: дама в цвету, активная и деятельная, вдруг сталкивается с кучей проблем со здоровьем. Например, давление выше нормы, от чего, к слову, травмируются стенки сосудов, повышенный уровень холестерина, одышка на пустом месте, проблемы с суставами, позвоночником, боли в сердце и т. д.

В этом свете хочу пожелать всем женщинам: дружите с гинекологами-эндокринологами. Есть, к слову, и такая профессия. В поликлинике Брянской областной больницы имеется два отдельных кабинета для приёма подобных больных.

Гинеколог-эндокринолог, без преувеличения, это специалист, способный продлить женскую молодость. Своевременное обращение к врачу позволяет «отодвинуть» на несколько лет многие заболевания, в том числе сердечно-сосудистой системы, опорно-двигательного аппарата. Причина этих болячек кроется в отсутствии женских гормонов — эстрогенов. Гинеколог-эндокринолог подберёт грамотное решение, чтобы восполнить этот недостаток и продлить вашу молодость и красоту!

Второй секрет долголетия ещё более прост. Все его знают, но, к сожалению, мало кто пользуется. Многие факторы риска напрямую вытекают из образа жизни человека: курение, злоупотребление алкоголем, жирной, жареной, углеводистой пищей, полуфабрикатами из супермаркета и т. д. Ведь атеросклероз по сути — это нарушение обмена веществ в организме. Факторов риска, запускающих этот процесс, очень много. Скажем, злоупотребляет человек углеводами в виде плюшек и конфет, избыточное потребление глюкозы способствует нарушению обмена веществ, которое может закончиться сахарным диабетом, который, в свою очередь, разрушает стенки сосудов. Как следствие — раннее развитие атеросклероза. Правильно говорят: мы — это то, что мы едим. Один и тот же продукт способен оказывать совершенно противоположное влияние на организм. Взять хотя бы сало. Если пожарить его — вредное блюдо, если засолить и съесть немного — полезный продукт, богатый жирными кислотами, которые необходимы для профилактики атеросклероза.

К нарушению обмена веществ ведёт употребление продуктов с быстроусваиваемыми жирами — всяческие гамбургеры и другой фастфуд, салаты с майонезом. Считаю, что не принесут пользы и замороженные полуфаб- рикаты и консервы. Чтобы продукт сохранился несколько месяцев, в него добавляют консерванты, которые обязательно попадут в кровь и окажут негативное влияние на стенки сосудов. Не злоупотребляйте солёной пищей, по возможности кладите в чай поменьше сахара. И помните, что здоровая еда — это в первую очередь натуральные продукты. Пусть на вашем столе будет обычная гречневая каша с домашней котлеткой, которую вы приготовили из сделанного вами же фарша, чем удобные и «быстрые» замороженные наггетсы или привычная колбаса, а салат из супермаркета пусть лучше заменит обычная нарезка из свежих огурцов и помидоров. Да и вообще, чем проще блюдо, тем полезнее оно для организма.

Помимо сбалансированного питания важен и правильный водный режим. В среднем взрослому человеку требуется около 1,5 литра чистой питьевой воды. Каждая наша клетка на 80% состоит из этого соединения, и баланс нужно поддерживать постоянно, только ни в коем случае не сладкой газировкой или соком из картонных пакетов! Помните, что солёная, острая пища сушат кровь. Она становится вязкой и густой, замедляется скорость кровотока — сосуды в меньшей степени очищаются, промываются. Больше воды требуется организму в жару, при ОРВИ: длительная лихорадка делает кровь вязкой. Конечно, определённую роль при заболевании сосудов играют и наследственные факторы, но если соблюдать простой и доступный режим здорового питания, заниматься физкультурой, отказаться от вредных привычек и принимать после 40 лет кроверазжижающие препараты, то можно исключить ряд факторов риска и, как следствие, повлиять на собственную продолжительность жизни.

Уйти на своих ногах

— Сколько операций в день проводится в отделении?

— В настоящее время в среднем по 6–8 операций. В частности, это флебэктомия (удаление варикозных вен), операции на артериях нижних конечностей, закрывшихся в результате атеросклероза: шунтирование (создание дополнительного пути в обход поражённого участка) и протезирование — тромбэктомия, операции на сонных артериях для профилактики инсульта (острого нарушения мозгового кровообращения). Отделение сосудистой хирургии — единственное в регионе, есть оно только в областной больнице. Врачи встречаются с любыми патологиями, в том числе и осложнёнными. Например, варикозное расширение вен с язвами, тромбофлебитом…

Наше отделение рассчитано на 40 коек, как и в 1982-м, в год его открытия. Разумеется, этого очень мало. Больных с сосудистой патологией с годами становится всё больше и больше. Ежегодно мы проводим, как минимум 800–900 различных операций, однако наблюдается определённая сезонная зависимость: в период посевной и уборки урожая, а также в сезон отпусков, снижается количество плановых операций.

— Расскажите о случаях в вашей хирургической прак- тике, когда речь шла о спасении жизней.

— У каждого хирурга есть такой список. Особенно запоминаются те истории, когда решаешься на рискованную операцию, и кажется, что чудо маловероятно, но вдруг удаётся спасти и жизнь, и, например, целые конечности. Хотя я в чудеса не верю. Есть какие-то высшие силы, стечение обстоятельств, которые позволяют сохранить жизнь, провести операцию успешно. Поверьте, среди большинства хирургов нет самоуверенных людей. Попробуй только сказать: «Я могу всё», и тебе тут же будет знак свыше: «Ничего подобного! Не ты здесь творец…»

Нестандартных случаев очень много, но чаще запоминаются неудачи, потери. Внешне, возможно, приходится делать хорошее лицо при плохой игре, и кто-то может заподозрить врача в равнодушии. Но так скажу: ни один умерший пациент не забыт, каждый подобный случай — глубоко в сердце. И каждый раз, когда рискуешь, всегда анализируешь, а оправдан ли риск?

— И что же тогда? Вовсе отказывать в операции?

— Работа хирурга всегда сопряжена с риском. Обязательно оправданным. Всегда превалирует желание помочь человеку, но не всегда случаются чудеса. Отказать больному проще: нет проблемы — нет ответственности, вышел чистым из воды. Согласился, особенно если случай сложный, — подписался на риск. А ведь только там, сверху, решится — жить человеку или нет. Но мы, врачи, стараемся сделать всё возможное, чтобы склонить чашу весов в сторону пациента.

Бывает, взглянёшь на снимки сосудов и понимаешь, что вариант один — отказать в операции. Но, когда понимаешь, что сосуды настолько плохие, что человеку придётся ампутировать сразу две ноги, начинаешь искать выход. Ещё раз повторю, мы не творим чудеса, мы ищем возможность восстановить проходимость сосудов максимально безопасным для жизни пациента способом.

Одного пациента из района привезли к нам в очень тяжёлом состоянии. На такси он доехал до ворот больницы, а следующие пару десятков метров по двору госпиталя мужчина добирался полтора часа, с огромными передышками. Ситуация была критической. Требовалась высокая ампутация обеих ног. Боль нестерпимая, началась гангрена, вся кожа была в обширных некротических язвах. Чтобы попытаться спасти обе ноги, необходимо было сделать одномоментное протезирование аорты и артерий нижних конечностей. В первый день удалось шунтировать только одну ногу, с разницей в один день назначили вторую операцию: кропотливую, тяжёлую, довольно опасную. Чаще всего мы производим шунтирование в одном кровеносном бассейне: либо аорто-бедренное, либо бедренно-подколенное. И этого достаточно, чтобы наладить здоровый кровоток. А здесь и продолжительность операции выше, и доза наркоза больше, и пациент ослаблен, изнурён непрекращающейся болью. И всё же операция прошла успешно, ноги удалось спасти.

Главное, о чём должны помнить пациенты ангиохирурга, — со своей болезнью надо научиться жить. Это не аппендэктомия: вырезали аппендикс — и ушёл здоровым. После операций на сосудах обязательно следует соблюдать режим и всю жизнь принимать лекарства. Такова цена возможности уйти домой на своих ногах. Но лучше, конечно же, до такого кризиса не доводить.

— Подобные истории частые в вашей практике?

— Брянские ангиохирурги работают не только в специализированном отделении, но и служат в медицине катастроф. В частности, это лечение экстренных заболеваний, случаи с бытовыми и производственными травмами, в результате которых оказались повреждёнными магистральные сосуды и т. д. Если поступает такой вызов, выезжаем в любой район области. Раньше, конечно, было проще благодаря санитарной авиации. В советские времена междугородние полёты на «кукурузниках» не считались диковинкой. Ежедневные рейсы соединяли Брянск практически со всеми райцентрами. Медики летали на самолётах и вертолётах. Например, я «помылась» в Брянске перед плановой операцией, вдруг поступает вызов из, скажем, Мглина, где во время хирургического вмешательства произошло повреждение крупного сосуда. Пациент находится на операционном столе, и уже через 40 минут я могу приступать к делу. Или, бывало, врача-хирурга привозят в аэропорт, а в это время из вертолёта выходит другой специалист, допустим, гинеколог. И ты занимаешь его тёплое место. Настолько быстрой и доступной была квалифицированная помощь медиков!

— Из современных чудес техники есть что-то , что может вас поразить?

— Будущее нашей отрасли за эндоваскулярной хирургией. Это относительно молодое направление современной медицины. Изначально эндоваскулярная техника создавалась исключительно для диагностических целей. Однако получение феноменальных результатов лечения позволило этому направлению занять обособленную нишу в современных медицинских технологиях. Все вмешательства производятся без разрезов через небольшие проколы на коже под рентгеновским контролем, с применением внутренней оптики. Во всём мире технология становится всё более доступной, но для России это всё-таки завтрашний день.

— Признайтесь, как физически хрупкой женщине удаётся выдержать 5–6-часовую операцию?

— Мы же не штангу поднимаем и строительные блоки не укладываем… Когда проводишь операцию, ты настолько увлечён процессом, что совсем не замечаешь течения времени. Напряжение у хирурга в большей степени не физическое, а эмоциональное, потому что работает врач на результат: повреждённый орган или конечность должны начать функционировать правильно. Мы понимаем, что если не удастся операция на сосудах, может погибнуть целый орган. А иногда такие конфетки приходится «лепить», вы себе даже не представляете!

Всё-ка по Маслоу

— Нелли Ивановна, а с чего лично для вас началась профессия врача, хирурга?

— Я была маленькой девочкой и уже точно осознавала, что стану доктором. И родные это тоже понимали. Даже игру себе придумала особую: кропотливо лечила кукол и своих сверстников. Зато когда повзрослела, и пришло время выбирать профессию, появилось ощущение раздвоения: мне очень хотелось помогать людям, но никто не мог подсказать специальность помимо медицины, где мою мечту возможно было бы осуществить. Медицина лечит тело, а мне хотелось помогать людям полностью, решать насущные проблемы. Сегодня я понимаю, что этим занимаются общественные институты, правозащитные организации, социальные фонды. А в те времена… Не идти же в коммунистическую партию! Так и осталась при своём выборе.

— Вы первый медик в семье?

— Мои тёти были фельдшерами, старшая сестра — акушерка, но напрямую медицинскую династию мне не случилось продолжить. Я поступила в Смоленскую государственную медицинскую академию, училась на хирурга. На четвёртом курсе оказалась в отделении сосудистой хирургии одной из смоленских больниц. Там впервые и увидела бедренно-подколенное шунтирование. Операция показалась мне настолько красивой, что практическое занятие стало поворотным в моей судьбе. После окончания практики я подошла к хирургу Юрию Сергеевичу Ломовских и попросила помочь мне освоить азы ангиохирурги. Он был, мягко сказать, удивлён. Пожал плечами: «Ну, приходи, смотри…»

Днём я посещала лекции по медицине, а по ночам дежурила в отделении сосудистой хирургии. Специально стала донором крови, чтобы получать заветные справки об освобождении от занятий на три дня. Использовала их, когда читали лекции по общественно-политическим дисциплинам, а сама в это время ассистировала на операциях. Ведь плановые операции всегда назначают на первую половину дня. Читала литературу, прислушивалась к советам практикующих ангиохирургов. Мне всё было интересно!

— А помните, когда впервые взяли в руки скальпель?

— Я была на практике в отделении хирургии в Крас- ной Горе, откуда я родом. Дежуривший в тот день хирург позволил мне самостоятельно провести операцию по аппендэктомии. Он ассистировал, мог в любую минуту помочь, но основные манипуляции со скальпелем и живой человеческой плотью предстояло делать самой. Моим пациентом стал 16-летний юноша, всего на несколько лет младше меня. Он был практически здоров и оказался очень удобен для начинающего хирурга.

В голове полно знаний, как сделать первый разрез, а в руках — нет. Я осторожничала и всё же собой была вполне довольна. Аппендицит был настоящий, флегмонозно-изменённый. Одна маленькая операция — и пациент здоров! И всё же рядом со мной был опытный хирург-практик…

— В Брянск попали по распределению? Вы планировали работать именно в этом городе?

— Да, с одной стороны мне хотелось вернуться на родину, а с другой — в Брянске, ещё во время моего обучения, было создано прекрасное отделение сосудистой хирургии. Открыто оно было в 1982 году, я же устроилась на работу в 1986-м. Ещё в студенческие годы разузнала всё об этом отделении, кто им руководит, какие операции делают, какое есть оборудование. Оказаться здесь было моей мечтой, программой максимум. Но, если бы не сложилось, если бы не оказалось здесь места, я бы с удовольствием поехала работать в любую районную больницу обычным хирургом. К счастью, судьба улыбнулась мне.

Сосудистая хирургия — молодое направление. Появилось оно в 40-е годы благодаря развитию техники и медицинских технологий: учёным удалось разработать специальные иглы, шовный материал, трансплантаты, поэтому стали возможны «ювелирные» операции на сосудах. Прежде при кровотечении чаще делали перевязку сосудов: если удавалось сохранить орган или конечность, хорошо, если нет — ампутация. В первую очередь стоял вопрос о сохранении жизни пациента, а сейчас у врачей, безусловно, больше возможностей помочь больному.

Ангиохирургии приходилось завоёвывать своё место в каждом конкретном областном центре. Создавали такие отделения, как правило, энтузиасты. В Брянске подвижником стал Борис Глебович Щелкунов, сейчас он на заслуженном отдыхе, в отделении продолжает дело отца его сын, прекрасный врач.

Борис Глебович приехал в Брянск из Смоленска, когда о сосудистой хирургии здесь даже не велось речи. В истории — лишь несколько удачно проведённых операций мэтрами медицины прошлых лет. Специалистов-ангиохирургов тоже не было. Он набрал группу успешных выпускников медицинских вузов и сам на практике учил их тонкостям сосудистой хирургии. Отрасль новая, дело непростое, представляете, насколько сложно ему было работать, когда даже посоветоваться не с кем. Борис Щелкунов проводил сложнейшие, многочасовые, трудные операции по шунтированию, пересадке сосудов, протезированию.

Сегодня появились новые материалы, операции стали более быстрыми, на современной аппаратуре можно сделать снимки сосудов, где видна каждая деталь, но основы в работе, которые заложил Борис Глебович, остались прежними. Поразительно, какие знания и смелость нужно было иметь, чтобы в одиночку создать столь уникальное отделение. Но, к сожалению, этот медицинский подвиг забыт. Стольких жителей Брянской области удалось спасти благодаря инициативе Бориса Щелкунова, а на пенсию он ушёл, словно обычный доктор. Хотя для врача почести — всё же не главное…

— Нелли Ивановна, вы признались, что в детстве мечтали помогать людям. Мечта реализована в полной мере?

— Всё равно мне кажется, что могла бы сделать больше. Правда, до общественной деятельности руки не доходят с моим плотным графиком. Работа хирурга занимает довольно много времени. Больного нужно не просто грамотно прооперировать, но и выходить, поставить на ноги. Пациенты у нас сложные, на реабилитацию уходит много времени, и мне неспокойно на душе за каждого. И провожаю каждого, как ребёнка, в новую жизнь, приговаривая, словно рефрены в молитвах: не забывайте пить лекарства, не вздумайте курить, алкоголь противопоказан, следите за своим рационом. Плюс медицина катастроф, дежурства в отделении. С каждым годом свободного времени становится всё меньше и меньше, да и не выдержала бы я заседаний дум и советов…

Мне искренне хочется, чтобы жизнь людей со всех сторон стала лучше. Чтобы у каждого человека была стабильная работа, которая приносила бы моральное удовлетворение и адекватный доход. Как показывает практика, молодые люди, которые получают хорошую зарплату, материально обеспечены, обладают иным взглядом на жизнь, они готовы заботиться о своём здоровье, тратить на это время и деньги. А когда у человека стоит задача — купить новую пару обуви для ребёнка или вылечить, скажем, зуб, — понятное дело, что выбор окажется не в пользу похода к стоматологу. Это как в пирамиде потребностей американского психолога Абрахама Маслоу: сначала физиологические потребности (голод, жажда) и только затем — безопасность, в том числе и здоровья. Но это вопрос политики нашего государства. Хорошо, когда властьимущие поворачиваются лицом к сельскому хозяйству, оборонной промышленности, производству продуктов. Но очень хотелось бы, чтобы однажды государство обратило своё внимание и на обычного человека.

Софья ТРОФИМОВА
Фото Михаила ФЁДОРОВА

5510