Мал город. А дорог ли?
Александра Савелькина • Михаил Фёдоров
Не секрет, что и американцы, и японцы, и немцы предпочитают жить в малых городах: в них проложены отличные дороги, работают хорошо оснащённые медицинские учреждения и школы, нет многочасовых пробок и почти нет преступности. В России тоже много малых городов, и почти треть из них относится к моногородам. Но поток миграции устремлён в обратную сторону — в региональные центры и столицы. Почему россияне покидают глубинку и что может кардинально изменить ситуацию, попытались выяснить корреспонденты «Брянской ТЕМЫ».
Мал город. А дорог ли?

Для начала предлагаем разобраться в терминах. Малым городом в России и в мире считается населённый пункт с числом жителей менее 50 тысяч человек. Если население не превышает 100 тысяч человек, город считается средним.

В Брянской области к малым городам можно смело отнести практически все районные центры. Исключение составляет лишь старый промышленный центр Клинцы.

Однако крепкий «середнячок» Клинцы относится к моногородам — населённым пунктам, зависящим в плане трудоустройства и инфраструктуры от одного или нескольких градообразующих предприятий. Таких муниципальных образований на Брянщине, по статистике Фонда развития малых городов, всего десять: Карачев,
Клинцы, Сельцо, Сураж, Фокино, Белая Берёзка, Бытошь, Ивот, Любохна и Погар.

Выходит, что в 90% случаев проблемы малых и моно- городов пересекаются. Массово уезжает молодёжь. Сначала учиться, получать профессию. А потом всеми силами старается зацепиться в большом городе. Возвращаться на малую родину? А что там делать?! Так малые города лишаются самого понятия «будущее».

И не только отсутствие работы и низкая заработная плата «выгоняют» молодёжь в большие города. Невозможность удовлетворить свои социальные потребности — другая сторона проблемы. Как проводить свободное время, когда нет возможности посетить современный торговый центр, посидеть в хорошем кафе, сходить на интересную выставку, концерт, в театр… Даже современного кинотеатра и того днём с огнём не отыщешь! А дать качественное образование ребёнку? А получить высокопрофессио-нальные медицинские услуги? Вопросы без ответов…

Неразвитая коммунальная и транспортная инфраструктура, полунатуральный образ жизни и социальная напряжённость… Таковы проблемы практически всех населённых пунктов, находящихся за пределами черты Брянска.

Выбор этой темы был совсем не случаен. Повлияла на него информация с официального сайта правительства региона о встрече губернатора Брянской области с генеральным директором некоммерческой организации «Фонд развития моногородов» Ильёй Кривоговым. Чтобы понять, чем сегодня живёт брянская глубинка, решили отправиться в один из малых моногородов. И поскольку в журнале широко освещается агропромышленный комплекс Брянщины, точкой на карте однозначно был выбран Погар, основанный ещё в 1155 году, один из древнейших населённых пунктов Российской Федерации.

Минус 180 жителей в год

Погар не назовёшь пустынным городом. На центральной улице, а она здесь одна, Октябрьская, довольно многолюдно. Проехав по ней, можно сделать вывод, что, в принципе, людям в Погаре живётся неплохо. Есть здесь несколько производственных предприятий, довольно крупные магазины продуктов и бытовой техники, уютный ресторанчик… В Погаре производятся знаменитые сигары, овощные консервы, натуральное картофельное пюре-полуфабрикат (который поставляется даже в Бразилию!), колбасы, пекут хлеб. В ближайшее время откроется производство спецодежды и обуви. Как обещают, в перспективе здесь будут шить даже надёжные и модные кроссовки.

Только системных проблем такое положение дел не решает. По данным всероссийской переписи населения 2002 года, в посёлке на тот момент проживало 11471 человек. Следующая перепись проводилась в 2010 году, насчитали 9990 погарцев. Получается, что в среднем в год посёлок теряет порядка 180 человек.

К 2016 году посёлок потерял ещё тысячу жителей: на сегодняшний день в Погаре, по официальным данным районной администрации, проживает 8814 человек.
Если не преломить эту тенденцию, теоретически последний житель покинет Погар приблизительно всего через полвека, году так в 2065-м.

Такая же ситуация характерна и для других городов нашего «короткого» списка: Сельцо за последние пятнадцать лет потерял более двух с половиной тысяч жителей, Фокино — более 2300 человек, Сураж — более 1600 жителей.

Интеллектуальная элита уверена: цифры не конечны. Доля сельских жителей с годами будет существенно уменьшаться — деревня умирает, люди мигрируют сначала в малые города и районные центры, а оттуда — в региональные и федеральные столицы. Ситуация усугубляется тем, что убыль населения происходит одно-временно по двум направлениям: естественная, когда смертность превышает рождаемость (в 2015 году в Погаре появились на свет 63 малыша, умерло — 132 человека), и миграционная — молодёжь активно покидает сельскую местность. Будущие родители выбирают для себя более крупные города. Кому рожать-то?

— Я, как только в университет поступила, сразу решила, в райцентр больше не вернусь, — признаётся 19-летняя студентка Анна из Погара. — Учусь в Брянске на экономиста, за обучение платят родители. Работу тоже буду искать в Брянске. Так образование быстрее окупится.

И таких ответов — 9 из 10!

От Детройта до Борщово - одна беда

Отсутствие работы и развитой социальной инфраструктуры порождает города-призраки по всему миру. Есть примеры даже в благополучной Америке. В частности, снижение производственных мощностей автомобильных заводов «Кадиллак» и «Форд» превратили некогда зажиточный Детройт в самый ужасающий и огромный город-призрак. Пустыми в нём остаются… целые многоэтажные дома, а 5-комнатный особняк на окраине можно купить всего за несколько сотен долларов. Правда, желающих нет. Не важно, в городе или на селе — там, где нет работы, оставаться людям нет никакой перспективы. Только что нам Детройт?

Кстати, а знаете ли вы, что по латыни означает «RUS»? Если посмотрите в словарях, то одним из толкований будет «деревня»! То есть абсолютная правда, что деревня — то, из чего вся Россия выросла. А деревня сейчас умирает…

Как тут не вспомнить знаменитые строчки поэта Николая Мельникова:

Поставьте памятник деревне
На Красной площади в Москве,
Там будут старые деревья,
Там будут яблоки в траве.
И покосившаяся хата
С крыльцом, рассыпавшимся в прах,
И мать убитого солдата
С позорной пенсией в руках…
Поставьте памятник деревне,
Чтоб показать хотя бы раз
То, как покорно, как безгневно
Деревня ждёт свой смертный час…

— Почти все выпускники нашей школы стараются уехать из села, — подтверждает Владимир Кулюдо, бывший директор Борщовской средней школы (Погарский район). — Остаются считанные единицы. Наш район особенно от этой проблемы страдает. Ещё в 80-е годы, будучи депутатом райсовета, я неоднократно предлагал на сессиях рассмотреть вопрос о создании в Погаре хотя бы одного профтехучилища или филиала. До сих пор этого не сделано. Учиться в Погаре негде. Все дети, которые хотят иметь образование выше среднего, обязательно покинут район. А вернутся ли? Вряд ли. Зарплаты на селе маленькие. Даже если бы 15 тысяч рублей средний оклад был, может, кто-нибудь и остался. Но всё больше уезжают…

В школе, которую Владимир Иванович возглавлял 36 лет (недавно он оставил этот пост), на сегодняшний день учится не более 90 мальчишек и девчонок. Ежегодно выпускается по 6–7 учеников. И это, на минуточку, одна из самых крупных поселенческих школ в районе.

— Когда в 1978 году пришёл работать в качестве директора, выпускали по 60 ребят. Вот и считайте человеческие «убытки»… — сетует педагог.

«Вдеревне, как во время войны: одни старики и дети…»

— Не только дети уезжают из села, но и взрослые, — делится глава Посудичского сельского поселения Погарского района Анатолий Бруев. — Точно не считали, но почти 80% мужчин уезжают на заработки в Санкт-Петербург, Москву, Брянск. Куда угодно, лишь бы работа была. По селу идёшь, и словно война в стране — одни старики, женщины и дети. Большинство мужчин вынуждены жить в вагончиках под Москвой, вдали от дома…

Продолжаем поиски ответа на вопрос «кому на Руси жить хорошо?» с главой ещё одного поселения — Гетуновского — Петром Приходько: «Полезных ископаемых у нас нет. Только земля. А страна богатая. Только ресурсы несправедливо распределяются: столицам — всё, провинции — крохи. Одним — нефтяные скважины, другим — зарплата в шесть тысяч рублей. У нас есть малые деревни, всего по 30, 50 дворов, так нам говорят, зачем воду туда вести? Зачем газовые трубы прокладывать? Всё равно лет через десять никого не останется. Молодёжь домов не строит. Школы закрываются. На всё поселение один клуб. И тот полвека назад возведён, обветшал, а денег на ремонт нет. С чего вдруг здесь оставаться? Чем заниматься?»

Руководитель знает, о чём говорит. В Гетуновском сельском поселении проблема вымирания деревни стоит крайне остро. Красноречивое свидетельство тому — итоги двух последних Всероссийских переписей населения: в 2002 году в поселении насчитывалось 2035 человек, в 2010-м — 1233 жителя. Исчезает почти сотня человек в год!

Дальше идём в народ. В Мадеевке, ближайшем пригороде райцентра, встречаем старичка на скамеечке у дома.

— Дедуль, как жизнь? Всем довольны?

— Да, внучки, теперь у нас с бабкой всё хорошо. Раньше мы жили в деревне на границе района, куда продукты раз в неделю завозила автолавка. Недавно переехали «в город». Я теперь за полчаса дохожу до Погара, покупаю продукты в магазине и домой возвращаюсь. За час теперь могу управиться!

— Дома пустые в Мадеевке есть?

— Не-е-ет. Здесь всё скупили. Это в нашей деревушке давно все хаты без окон стоят. Ни единого человека не осталось. Умерла наша деревня. Насовсем.

Спасательный круг для моногорода

Люди уезжают из провинции в поисках светлого будущего: из деревень — в райцентры, оттуда в региональные столицы и, если повезёт, в Москву и Санкт-Петербург. Каждого такого мигранта можно понять. Только как сделать, чтобы «свет будущего» пролился и на малые города?

Российское правительство имеет определённую позицию в отношении и малых, и моногородов. Для малых (такими, например, считаются Торжок, Валдай, Мышкин) в 2014 году была разработана программа создания центров культурного развития. Как следует из этого документа, все меры направлены на реализацию мероприятий по строительству новых зданий, модернизацию, перепрофилирование или реконструкцию существующих учреждений культуры. А главная цель программы — сохранение уникальной российской культуры.

К 2020 году в России должны появиться 39 типовых культурных центров в разных регионах. По данным Общероссийского народного фронта, пять центров уже построены и функционируют в городах Шебекино и Валуйки Белгородской области, посёлке городского типа Стрижи Кировской области, в городе Гудермесе Чеченской Республики и в городе Магасе Республики Ингушетия. Остальные объекты Минкультуры планирует ввести в эксплуатацию до конца 2016 года. Насколько известно редакции журнала «Брянская ТЕМА», Брянщину эта программа обошла стороной. Видимо, с культурой на селе у нас всё в порядке…

Идём дальше. Посмотрим, что предлагает правительство в плане развития моногородов. В 2014 году Президентом России Владимиром Путиным и Правительством Российской Федерации была поставлена стратегическая задача — обеспечить развитие российских моногородов в первую очередь через диверсификацию их экономики, создание новых рабочих мест и привлечение инвестиций.

«Наша задача — сделать экономику моногородов более устойчивой, создать условия для привлечения инвестиций, для развития бизнеса и появления новых рабочих мест. Нужна вдумчивая, постоянная работа по улучшению ситуации в моногородах, а также система оперативного реагирования на возникающие риски», — такова позиция президента Путина. Для реализации задачи по обеспечению развития российских моногородов в октябре 2014 года была создана некоммерческая организация «Фонд развития моногородов».

Фонд работает совместно с предпринимателями, муниципальными и региональными властями. Именно субъекты федерации получают деньги фонда на одобренные им проекты, которые реализуются местными или общенациональными компаниями в сотрудничестве с муниципальными властями.

Фонд предоставляет ресурсы, компетенции, осуществляет контроль и предлагает лучшие практики из одних регионов (моногородов) другим, его задача — координировать и софинансировать местную инициативу.

В частности, возможно финансирование 95% затрат на реализацию проекта, а также привлечение в регионы других мер государственной поддержки. При этом государство готово вкладывать средства исключительно в те проекты, которые имеют под собой реальную основу.

На официальном сайте некоммерческой организации однозначно говорится, фонд не сможет одновременно решать проблемы 313 моногородов, он, прежде всего, сконцентрируется на помощи моногородам с самым тяжёлым социально-экономическим положением — таких моногородов 75. Руководство Фонда развития моногородов заверило, что шансы попасть в программу есть как минимум у двух из десяти брянских моногородов — Карачева и Погара. В одном и другом случаях экспертами обнаружены две ключевых составляющие, которые могут стать основной для дальнейшего развития населённых пунктов. Это заинтересованность местных властей и инициатива экономически успешных инвесторов, которые работают на этой территории.

«Продукты питания должныпроизводиться в российской глубинке»

Градообразующим предприятием посёлка Погар принято считать сигаретно-сигарную фабрику. По легенде погарские сигары курил даже Уинстон Черчилль. В настоящее время на фабрике трудоустроено несколько сотен человек. При этом диверсификация экономики, о которой говорил президент Владимир Путин, подразумевает создание качественно новых производств, не связанных с деятельностью градообразующего предприятия. Так чем может прославиться Погар? Какой продукт может стать основным брендом брянской глубинки?

По оценкам федеральных экспертов, предприятием, вокруг которого возможно создать новый промышленный кластер, может стать Погарская картофельная фабрика, которая уже сегодня поставляет свой инновационный продукт — сублимированное пюре из брянской картошки — в десятки стран мира.

За комментарием по этому поводу мы обратились к руководителю фабрики, доктору экономических наук Ивану Дуданову. Иван Иванович с выводами не стал спешить, лишь выразил свою готовность при необходимости принять деятельное участие в жизни района. А вот интересные мысли практикующий профессор высказал по поводу того, какие производства могут быть перенесены в глубинку, в малые города, райцентры и сёла:

— В малых городах должна быть сосредоточена именно пищевая промышленность. Это выход и для отрасли, и для экономики регионов. Возьмите любой из крупных пищевых брендов, которые открывают свои подразделения в России. Например, пищевая компания «Каргилл» не лезет в большой город, а строит завод в Ефремове, с населением в 36 тысяч человек, в 150 километрах от Тулы. Там дают работу людям, накапливают опыт, формируют производственные традиции.

Кто кормит мир? Порядка 20–30 глобальных корпораций наподобие «Нестле». Так проще реализовывать продукт. И мы должны стремиться к подобной конгломерации. Особенно в создании местечковых брендов. Например, «зонтичного» бренда «Брянский картофель». Не продавать картошку под разными логотипами, а под единой маркой, как это делают соседи-белорусы. Такой подход стимулирует рождение микрокластеров, где неизбежно будут генерироваться новые уникальные продукты, словно молодые ростки на хорошо удобренной почве.

И не только новые продукты появятся. Глубже станет переработка. Но для этого нужно создать необходимую инфраструктуру, насытить кластер предприятиями.
Надеюсь, это удастся сделать, если Погару будет присвоен статус территории опережающего развития. Главное, не упустить этот шанс.

В настоящее время меня увлекают труды академика, выдающегося гастроэнтеролога Александра Михайловича Уголева и профессора Евгения Ивановича Ткаченко в области нейропсихонутрициологии. Согласно работам этих учёных, попытки повлиять на интеллект посредством использования социальных и педагогических усилий оказались безрезультатными. Даже улучшение окружающей среды не принесло должной пользы. Оказывается, только правильное питание может изменить человека. И даже повысить его интеллектуальный статус! А именно дополнительное включение в рационы витаминов, микроэлементов и других нутриентов.

Очень многие болезни у нас либо от избытка, либо от недостатка. Пора это преодолеть. Всё, что связано с питанием, и то, что изучает природные явления, — должно быть сосредоточено в малых городах. Поближе к деревне. Поближе к природе. И пусть это станет спасательным кругом для восьми тысяч погарцев и ещё нескольких миллионов жителей малых городов нашей большой страны.

«Малый город — это лучшее место для изучения взаимодействия человека и природы. А, как следствие, и экологии», — уверен Иван Дуданов. И снова подчёркивает: потеря малых городов — это на самом деле экологическая катастрофа! И прямой ущерб для биосферы нашей планеты.

Технопарку и агропарку быть?

— Создание в Погаре технопарка и агроэкопарка неизбежно повлечёт не только улучшение уровня жизни в посёлке, но и приведёт к росту населения, — соглашается с учёным директор Центра международного агробизнеса и продовольственной безопасности Высшей школы корпоративного управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте Российской федерации Виталий Лищенко, именно его задача — разработка долгосрочной стратегии развития кластера. — Ведутся переговоры с рядом инвесторов, отобраны технологии — современные, наукоёмкие. Потребуются новые рабочие руки, что решит вопрос занятости погарцев, и специалисты, технологи, инженеры, которые пополнят население посёлка.

Хочу подчеркнуть, я в разных регионах бываю, но Погар — один из немногих посёлков, да и Брянская область в целом произвела на меня особенное впечатление. Не многие регионы могут похвастаться и таким уровнем подготовки, и компетентностью местных властей, и наличием инициативных инвесторов.

География проектов Фонда развития моногородов — широкая: Кемеровская, Кировская, Свердловская, Вологодская области, Татарстан. И только один реализуется в ЦФО, на территории Владимирской области. Ваш регион тоже имеет все шансы стать одним из первых в центральной России.

В администрации района корреспондентов «Брянской ТЕМЫ» также заверили, что основная задача местных и региональных властей — уберечь потенциальных инвесторов от бюрократических препятствий и оперативно подготовить пакет необходимых документов, заявок и распоряжений.

«Мер государственной поддержки бизнеса разработано множество, важно помочь инвесторам заполучить тот набор инструментов, который позволит развиваться их бизнесу и Погару. Это наш реальный шанс в кризис увеличить налоговые поступления и создать новые рабочие места», — такова позиция руководства района.

В Фонде развития моногородов решение о вступлении Погара и Карачева в программу госфинансирования будет принято после подготовки и подписания соответствующего соглашения с руководством региона. «Брянская ТЕМА» продолжает следить за развитием событий.

В малых городах должна быть сосредоточена именно пищевая промышленность. Это выход и для отрасли, и для экономики регионов.

Просмотров: 443