30 бабушек кукольницы Натальи Михалькиной
Александра Савелькина • архив Натальи Михалькиной

«Мама часто рассказывала мне о жизни бабушки и прабабушки. В юности я пропускала эти истории мимо ушей, а с годами начала пропускать через сердце. И пришло озарение. Первыми стали рождаться вышитые иконы, затем народные куклы и, наконец, пришла к своим авторским «бабушкам» — портретам жителей давно умерших деревень, давно ушедшей эпохи», — рассказывает мастер народной куклы из Почепа, народный мастер Брянской области Наталья Михалькина. Своей уникальной историей Брянского края, воплощённой в деревенских народных куклах, Наталья поделилась с «Брянской ТЕМОЙ».

30 бабушек кукольницы Натальи Михалькиной
Я выросла в деревне и никогда не стеснялась этого. Когда мастеришь крестьянскую куклу, самое главное — чувствовать родную землю, помнить запах деревенских полей, аромат налитых соком яблок....

Крупеничка, колокольчик, берегиня…

Моя первая народная кукла родилась в июле 2014 года. Это была традиционная крупеничка, или по-другому зерновушка. В народе после сбора урожая такой оберег наполняли отборной крупой и ставили в красный угол, чтобы в избе водился достаток. Сейчас моя первая крупеничка «живёт» в Брянске, у одного хорошего человека. Первую куклу я привезла на Свенскую ярмарку, но так и не смогла продать, подарила начинающему художнику и его маме на счастье.

Потом стали появляться валдайские куклы-колокольчики, славянские берегини (охраняют домашний очаг и семью), ведучка, которая держит за руки маленькую девочку и, тем самым, ведёт ребёнка по жизни, «сокол» с мальчиком-малышом на поднятых вверх руках, пасхальные и вербницы…

Такие традиционные куклы принято называть обереговыми. Но мне не нравится это слово. Мои куклы несут память о наших предках, нашей истории, в них заложена великая вековая мудрость. Тем, наверное, и ценны.

Портрет эпохи в кукле

Много литературы изучила, много книг прочитала, мастер-классов пересмотрела. Особое внимание уделяла трудам реконструкторов народной куклы, историкам традиционной игрушки. Работая в почепской межпоселковой библиотеке, у меня даже была возможность провести целое исследование, называется оно «Женское крестьянское рукоделие Почепского района». И так, на основе знаний о традиционной народной кукле и крестьянской игрушке (это может быть, например, веселуха коза-дереза), стал формироваться образ авторской куклы. называю их «бабушками». Это образы жителей давно умерших деревень.

Первую свою куклу я посвятила своей прабабушке, Наталье Васильевне Фисуновой, в честь которой я получила своё имя.

Родилась она на Успение, 28 августа 1881 года, в Мглинском уезде Черниговской губернии. Ныне это Почепский район Брянской области. Бабушка была повитухой, верующей, милосердной женщиной, травницей-целителем. Многие обращались к ней за советом. За всю свою жизнь она приняла бесчисленное количество родов и ни разу не потеряла мать или младенца. Последний раз она помогала появиться на свет малышу, когда самой было далеко за восемьдесят. Малыш шёл трудно, ножками вперёд, но совершенно неграмотная Наталья Васильевна умело развернула малыша и приняла роды.

В войну она укрывала в своём доме евреев, давала приют беженцам. И никогда не делила людей на богатых и бедных, хороших и плохих. В память об одной из таких историй появились куклы-беженцы. Босые в ноябре, они спасались от смерти. Бабушка их покормила, дала каких-то тряпиц на ноги, и женщины с детьми отправились дальше скитаться по свету…

Я не застала свою прабабушку, она умерла за два года до моего рождения. Но остались старинные снимки. По ним и реконструировала в кукле историю своей семьи.

Овчинка, которая стоит выделки

Я выросла в деревне и никогда не стеснялась этого. Когда мастеришь крестьянскую куклу, самое главное — чувствовать родную землю, помнить запах деревенских полей, налитых соком яблок, представлять, как идёт через поле с котомкой деревенская женщина. И ты вглядываешься внимательно, вдруг это твоя бабушка. А потом бежишь через поле босыми ногами, не замечая, что все они давно исцарапаны высохшей травой…

Технически крестьянская игрушка — это берёзовая чурочка в основе, обтянутая винтажной домотканкой, и сверху «наряженная» в деревенский костюм. Точно такой же, как носили мои прабабушка Наталья из деревни Завалипутье, моя бабушка Мария Ефремовна Чвертко из деревни Дадоровка и их подружки-соседки.

Образ вынашиваю несколько месяцев, и всё равно самое сложное — это подобрать материалы. В ход идут старинные кружева и ткани, которые бережно сохранила моя мама. Как-то решила сшить «зимнюю» бабушку в тулупе. Где взять овчины? Помогли знакомые, отыскали где-то в деревенских закромах кусочек овчины, которая хранилась более полувека. А в другой раз родственники подарили голубой в синюю клетку платок, принадлежавший моей бабушке. Так родилась кукла с мешочком, точно таким же, в котором бабуля приносила нам сало и семечки.

Девочка в красном пальто

Ко мне приходят многие люди, которые хотят поделиться старинными тканями, пуговицами, кружевами. В конце лета в библиотеку заглянула женщина: «У меня есть красивые пуговицы. Загляните вечером на чай!» Я пришла, мы разговорились. Вместе с пуговицами моя новая знакомая предложила красное кашемировое пальто, вдруг пригодится. А после рассказала историю.

В Почепе перед войной проживало более 40% еврейского населения. И самым страшным воспоминанием о войне в их семье была картина, однажды увиденная мамой этой женщины. Она была совсем девочкойи, затаившись, наблюдала, как однажды на возах отправляли на расстрел еврейских детей. И там была одна девочка. В красном пальто. С огромной куклой в руках.

И я вдруг подумала: почему я получила право стать взрослой, а эта девочка в красном пальто так и останется навсегда ребёнком? Догадываетесь, наверное, какой образ куклы зреет сейчас в моём сердце. А они именно в сердце рождаются! И красный кашемировый лоскуток нашёлся так кстати…

«Детство, опаленное войной»

Так называлась серия кукол, посвящённых военному детству. Моя мама родилась в 1941 году, в 6-месячном возрасте она горела в костре — старшие ребятишки не доглядели. До косточки рука прогорела. Потом долго лечила её прабабушка Наталья примочками из камышового пуха и конопляного масла. И вылечила ведь!

Война для меня — особая тема. Когда фашисты пришли в Дадоровку, бабушка была беременной моей мамой. В то время она совсем худенькая была, маленькая ростом, словно девочка, а живот — большой. Немцы над ней издевались, по улице невозможно было спокойно пройти. Бабушка пряталась у соседей, а спустя несколько месяцев после рождения мамы вынуждена была пойти работать в поле. Немцы заставляли местных жителей батрачить на них. Мама с младенчества была на попечении у прабабушки Натальи. Кукла-девочка в фуфайке и белом платочке — это моя мама. А ещё у меня есть жительница блокадного Ленинграда, Катенька из фильма «Жила-была девочка».

Но в основном преобладают бабушки. Их у меня более 30. Я их не продаю, слишком дороги моему сердцу.Зато они активно «участвуют» в моих персональных выставках.

Игры по-взрослому

Куклы показывают внутренний мир человека, который их создаёт. Для меня важно, чтобы люди были добрее друг к другу, чтобы между нами было меньше корысти, зависти и расчёта. Я сама стала внимательней относиться к другим, разбираться в людях. Раньше вспылила бы, а теперь могу потерпеть, промолчать. Может быть, причиной всему «медитативная» работа с тканями и нитками, которой посвящаю практически всё свободное время. А, может быть, с рождением каждой куклы передаётся народная мудрость, накопленная веками. Я всё же склонна верить в последнее.

Кропотливая ручная работа развивает мелкую моторику, влияет на развитие головного мозга и, тем самым, открывает в человеке новые таланты. Кто-то петь начинает, кто-то стихи сочиняет, а я открыла в себе дар фотохудожника. И это новое увлечение тоже пришлось не по вкусу.

Оживить Веницианова

Никогда не умела сидеть без дела. С детства увлекалась живописью, особенно любила делать карандашные копии шедевров Боттичелли. Было это в 6–7 классе.
Потом забросила увлечение. Пробовала себя в создании этнической одежды, народной вышивке — до сих пор «населяю» полотенца и наволочки русскими народными орнаментами: птицами и барсами. Но больше люблю птиц, они несут счастье, добро, мир и радость в дом. В первые годы замужества сама скроила и сшила себе пальто, и даже оторочила его песцом. Вместе с 16-летним сыном в архиве восстановили родословную нашей семьи до 4-го колена. Обнаружили, например, что мой прапрадед был волостным писарем. Ещё расписывала камни… Теперь у меня новая мечта — хочу освоить навык золотошвеи, чтобы золотом вышивать иконы для брянских храмов.

Заброшу ли кукол? Ни за что! И здесь одна интересная идея зреет — подумываю заняться воспроизведением в объёме картин русских художников. Скорее всего, первыми сделаю полуметровых кукол — героев картины Алексея Венецианова «Крестьянские дети в поле». Хочу, чтобы стояли они в лаптях с котомочками в своих платочках и холщовых одеждах. Теперь нужно придумать способ, как сделать крестьянскую игрушку не «на берёзе», а с ножками, чтобы обуть их в миниатюрные лапти. Эта идея давно не даёт мне покоя!

Почему у куклы нет глаз?

Многие спрашивают: почему мои куклы безликие. Такова народная традиция. Изначально считалось, что кукла должна быть безликой, чтоб в неё не вселились злые духи и не навредили хозяину куклы. Да и сейчас психологи считают, что безликая кукла полезна. Лицо человека выражает самые разные эмоции, меняется в зависимости от настроения. Лицо же куклы — всегда одинаково. А когда лицо не прорисовано — его можно увидеть каждый раз разным. Потрудитесь, вообразите то, что желаете. То, что хранится в вашем сердце. Поэтому и бабушки мои безымянные, хоть и созданы по образу конкретных женщин. Потому что такие бабушки-прабабушки есть в каждой семье. Потому что вся Россия из деревни вышла.

Просмотров: 409