Спорт на языке жестов
Александра Савелькина • Михаил Фёдоров, архив Михаила Захаренкова

«20, 30, 100, «быстро», «привет», «ленивый» и ещё пару десятков слов — это всё, что я знаю на языке глухих», — признаётся Михаил Захаренков. Пожалуй, сегодня это единственный человек в Брянске, который серьёзно и по-взрослому занимается лёгкой атлетикой с детьми-инвалидами по слуху. Две трети из 18 его воспитанников не слышат вовсе, а результат — за пять лет более 40 медалей на крупных российских соревнованиях. По всей видимости, тренеру удалось научить юных атлетов особому языку, которым сам он владеет в совершенстве, — языку спорта. Но, как оказалось, умение понимать друг друга — не самое сложное в работе с особенными детьми…

Спорт на языке жестов

Рассказывают, на излёте девяностых тренер по пауэрлифтингу Сергей Трусов на руках спускал и поднимал по лестнице многоэтажки перспективного пацана с полиомиелитом, будущего паралимпийца Серёжу Сычёва, чтобы дать ему хоть какую-то возможность добиться успеха в спорте (интервью с Сергеем Сычёвым
читайте в «Брянской ТЕМЕ» № 9(16) 2008 год на сайте www.tema32.ru).

Регулярно обивает пороги «сильных мира сего» тренер сильнейших в Европе многоборцев с заболеваниями опорно-двигательного аппарата Михаил Сумичев.
Иначе его чемпионам путь на престижные соревнования закрыт. Чтобы отправить своего лучшего подопечного на соревнования в Германию, с миру по нитке собирал недостающие тридцать тысяч рублей Михаил Захаренков. Такие истории сплошь и рядом. И пусть это прозвучит как комплимент Брянску: в нашем городе
живут и работают удивительные люди, готовые безвозмездно помогать, казалось бы, чужим детям. Но почему они это делают?

Чтобы ответить на этот вопрос, попытаемся «влезть в шкуру» одного такого тренера — Михаила Захаренкова, насколько это возможно за полтора часа интервью.

— Мне детей современных жалко, — начинает издалека Михаил Васильевич. — Совершенно не умеют пользоваться тем, чем их одарила природа. Скажем, идёт навстречу красавец лет 14, высокий, длинноногий, а тело… рыхлое. Ему бы на стадионе бегать с такими ногами, а он целый день за компьютером сидит, весь свой физический потенциал в «стрелялки» проигрывает.

— А раньше другие дети были?

— Естественно! Жизнь была интереснее, мы двигались очень много.

Нас ничего не отвлекало: ни компьютеров не было, ни соцсетей. Только улица. Прибежал быстренько с речки, пока родители с завода не вернулись, голову обсушил. «Где был?» — «Дома, мам, сидел!» И всё бегом! Все бежицкие деревья в своё время облазили. Потому, может быть, и секциями-кружками интересовались — другой альтернативы не было.

Я ведь и к легендарному тренеру Геннадию Морозову в многоборье случайно попал, за компанию с другом. Он высокий малый, Морозов сам его выбрал. И мы, пацаны, вместе с ним гурьбой и попёрлись тогда ещё в бежицкий Дом спорта. Приходим на первую тренировку и такую картину видим: маленький зальчик 9 на 12
и народу в две шеренги. Правда, из них потом единицы оставались — у Геннадия Георгиевича особая методика была. Каждому он давал шанс ровно за месяц показать себя, воспитанники, конечно, об этом не знали. Если через месяц результаты не улучшались, он настолько увеличивал тренировочные нагрузки, что новички не выдерживали, разбегались. А он тут же набирал новых.

— Но вы свой экзамен выдержали, не сдались…

— Только не думайте, что потом легче было. У Морозова мы тренировались как ошалелые. Зато те, кто оставался, через год-два становились чемпионами.

Хорошо помню тот день, когда получил своё первое «серебро» на всесоюзных соревнованиях. Проводились они в Смоленске, 63 человека прыгали с шестом. Выходят красавцы, высокие, статные, тогдашние лидеры-юниоры: Юра Исаков, Миша Барибан. И я… 175 сантиметров роста. Даже тренер удивился, когда я второе место занял.

Затем потихонечку начал нарабатывать медальные активы, сначала в юниорах, дважды был в сборной Союза, потом во взрослых категориях. Ну и пахал прилично,
по четыре часа «висел» на шесте.

Самый дорогой атлет Брянска

— Михаил Васильевич, почему выбрали именно этот вид спорта — прыжки с шестом?

— У нас в секции не было разделения, все занимались многоборьем. У меня во всех видах хорошие результаты были, но с шестом как-то лучше всего «подружился».

Шесты — это вообще отдельная история. В те времена это был штучный товар. Первые — бамбуковые. Мы на них висели, пока кто-то из тренеров не сказал, что щепки от таких шестов летят не хуже стрел. Чтобы дети не повредились, их убрали от греха подальше. Потом был тяжёлый шведский, советские дюралевые… И, наконец, каким-то чудом Морозов достал отличный немецкий шест. Как он гнулся! Мы на нём все висели.

И так случилось, что к прыжкам с шестом я себя немного подготовил: недолго, но увлечённо занимался акробатикой, сальто крутил, стойки делал. В нашем виде
спорта очень многое зависит от биомеханики, от того, насколько быстро человек «соображает» телом. Спортивная гимнастика, акробатика в этом очень помогают.
К слову, и футболистам будущим тоже. Чтоб спустя годы не бегали по полю, как деревянные, детей для начала не на газон нужно отправлять, а в гимнастический зал.

— А почему вас называли самым дорогим атлетом Брянска?

— В прыжках с шестом успех зависит в равной степени от человека, и от того, что он держит в руках. Мне никогда не удавалось подобрать шест под свой вес, 68 кг. Поломал 7 штук! Отсюда и шутка про «самого дорогого». Как-то немецкие шесты пришли, а они рассчитаны на вес в 60 кг. Чуть повыше поднял его, хлоп — на кусочки.

Доходило до курьёзов. Когда стал чемпионом, специально под меня выписали 175-й шест. Приезжаем за ним в Москву, а на складе говорят, мол, закончились. Только 190-е остались, а это на девяностокилограммового спортсмена, не меньше. Взяли, в надежде обменять — до сих пор где-то валяется.

— Ваш рекорд, 4,8 метра долгое время никто не мог побить в Брянске…

— …пока десятиборец Саша Погорелов не побил (интервью с Александром Погореловым читайте в «Брянской ТЕМЕ» № 7(14) 2008 год на сайте www.tema32.ru).

Расскажу предысторию. Был у меня кумир, Геннадий Близнецов, чемпион Советского Союза. Мы как-то на соревнованиях с ним встретились. У меня оставалась
одна попытка: либо в призах, либо в пролёте. И вдруг он подходит и говорит: «Сынок, хочешь с рекордом прыгнуть?» У меня глаза загорелись: «Очень!» «Тогда поставь шест на 10 сантиметров вперёд, а руку — на полкулака ниже». Всё сделал, как он сказал и стал призёром. И после этого я ушёл из многоборья, занимался только одним шестом. Из-за этого с тренером пришлось повздорить, но когда я всего через полгода прибавил почти полметра, он с моей методикой согласился и правоту мою признал.

А потом… шест любит молодых. Карьеру закончил в 29 лет. За это время успел послужить в армии, получить образование в Смоленском государственном институте физической культуры, обзавёлся тренерским опытом. Впервые попробовал себя в роли тренера, когда готовил к «Зарнице» мальчишек из 57-й школы, учил метать гранату. Помню, платили мне за это 29 рублей.

«Если ты не слышишт, это не значит, что не сможешь прыгнуть»

— За сорок лет наставничества многих чемпионов, наверное, воспитали. Кем особенно гордитесь?
— Алла Козлова-Петрунина, призёр Советского Союза среди юниоров, Серёжа Фроленков, чемпион России, Миша Колошин, призёр Советского Союза среди юниоров и другие талантливые и замечательные ребята.

— Вместе с тем последние пять лет вы тренируете ребят с инвалидностью по слуху. Как вы попали в сурдоспорт?

— У меня две обычные группы по двадцать человек и 18 ребят — слабослышащих и полностью глухих. Как попал? Чистая случайность. Один мой товарищ попросил позаниматься лёгкой атлетикой с сыном его приятельницы, у мальчика проблемы со слухом. А я, надо знать, никому не отказываю. Созвонились, договорились о встрече. Они пришли в спортзал. Я посмотрел: высокий, без лишнего веса, разговаривает и слышит, когда подключает аппарат. Так в моей жизни появился Юра Здырок. Я показал ему, как выполнить тройной прыжок, он съездил на соревнования со своим школьным тренером, прыгнул 11,98 метра, стал третьим, был несказанно рад… и привёл ко мне своего товарища. Теперь уже абсолютно глухого. Потом пришла девочка, ещё ребята. В итоге на добровольной и безвозмездной основе я начал заниматься с целой группой.

— Как общаетесь?

— Слов на языке жестов я знаю немного. Но не обязательно же говорить! Можно ручкой на бумаге написать. Иногда Юра переводит. Любопытно, что ребята
настойчиво пытались научить меня всего одной фразе: «Я воспитываю чемпионов». Им нравится, когда я это на их языке говорю.

— Процитирую вашего коллегу, тренера слабослышащих спортсменов из Магнитогорска Рауфа Валеева: «Конкуренция у них небольшая, даже в городском масштабе. Их в городе всего около 700 человек вместе с грудными детьми и стариками, поэтому особого выбора среди глухих спортсменов нет. Тут каждый человек ценен тем, что он есть. Других людей нет». А у вас через одного — чемпионы. Конкуренция всё-таки не при чём?

— Все мои воспитанники учатся в единственной специализированной 68-й школе. Там всего чуть больше шестидесяти учеников. На весь Брянск. Однако я считаю, что дело не в конкуренции или её отсутствии, а в настрое.

Когда я впервые приехал на соревнования среди глухих спортсменов, увидел среди тренеров многих знакомых людей, которые перешли из профессионального спорта в сурдоспорт. И отношение к подопечным у нас оказалось одинаковым — мы не стали их разделять, тренировали точно так же, как ребят без ограничений. По принципу: если ты не слышишь, это не значит, что не сможешь прыгнуть. Хотя прыгать иногда приходится выше головы. А как иначе? Только так рождаются чемпионы!

— И ребята это приняли?

— Более того, в России стали «расти» нормативы в сурдоспорте. Теперь за кандидата, мастера спорта действительно нужно побороться… с собой. А то, бывало,
вернётся юниор с соревнований по прыжкам в длину, 6,6 метра впрыгнул, мастера получил и доволен. А я его обратно на землю спускаю, показываю, что у нас девочки по второму разряду так прыгают. Смотрит, соглашается. Вот когда приходит понимание, приходят и рекорды.

— Выходит, проблемы со слухом не влияют на спортивные достижения?

— Ещё как влияют. Чем лучше слышит спортсмен, тем больше у него шансов. Глухие не чувствуют ритма, теряют в реакции, у них плохо развита мышечная ориентация. Даже движение за тренером такой ребёнокс лёгкостью не повторит. Но всё исправляют регулярные тренировки.

Трудности перевода

— Михаил Васильевич, а в чём состоят трудности работы с особенными детьми?

— Дети тут вообще не при чём. Ну, какие с ними могут быть трудности? Например, у меня занимаются ребята 1994–2005 года рождения. Группа одна, а работа
с каждым возрастом должна быть разная. Но это поправимо.

Трудно, когда взрослые оказываются совершенно глухими к проблемам наших детей.

— Какие проблемы сурдоспорта для вас особенно острые?

— В Брянске нет собственной федерации спорта глухих: нет возможности присваивать атлетам звание КМС или мастера спорта, но эта ситуация в принципе поправима, и ведётся работа по созданию филиала столичной федерации.

Вторая, очень для меня обидная, проблема — ребята, как только из школы выпускаются, сразу уезжают из Брянска, потому что здесь нет специализированных учебных заведений. А едут, например, во Владимир, Краснодар, выступают у других тренеров, и все заслуги идут другим. Поверьте, я не тщеславный. Но когда пять лет задаром бьёшься с этим ребёнком, он уезжает, через пару месяцев выполняет международного мастера спорта и заслуги приписываются другим, это всё-таки обидное обстоятельство.

Благо в нашем городе не так давно открылась спортивно-адаптивная школа «Виктория» — это серьёзная подвижка в развитии спорта глухих. На официальном
уровне признали, что есть у нас такие спортсмены и есть наставники, которые работают со слабослышащими и глухими детьми.

— Не секрет, что вам приходится решать, в том числе, не спортивные задачи — искать деньги, необходимые для участия в соревнованиях. Обивать пороги— не самое приятное в мире занятие, почему всё-таки вы на это решились?

— А что оставалось делать? Пришло письмо: ваш ученик Юрий Здырок, двукратный чемпион России, попал в сборную страны, которая выступает на чемпионате
Европы в Германии. В то время на нужды глухих атлетов в спортивном комитете выделяли 50 тысяч рублей в год. Из них осталось около половины. Где взять ещё 30 тысяч? Собирал с миру по нитке. Лидер Общероссийского народного фронта в Брянске Лариса Третьякова, давняя моя знакомая, помогла найти первого спонсора — часть средств перечислил главврач клинико-диагностического центра Александр Силенок. Ещё часть лично пожертвовал митрополит Брянский и Севский Александр…

Сумму собрали, а время ушло — сборная улетела в Германию без Юры. Но парень не растерялся, сам купил билеты и отправился в одиночное путешествие. Самолётом, поездом, автобусом, с пересадками — я бы никогда на такое не решился! В итоге Юра завоевал бронзу в тройном прыжке, лидеру проиграл всего 7 сантиметров. После этого в комитете увеличили финансирование лёгкой атлетики глухих ровно в два раза, до ста тысяч рублей.

— А сколько в целом наград в копилке брянских атлетов?

— Не было ещё соревнований, чтобы мы приехали без медалей. В самом начале у меня в сурдогруппе занимались всего пять атлетов, но все как на подбор — сильные спортсмены. Как-то раз взял всех пятерых на соревнования и по очкам обыграли команду Москвы, в которой числились… 15 человек! За пять лет мои подопечные-юниоры завоевали 34 медали с первенства России, два года подряд выигрывают по три «бронзы» на чемпионате страны.

— В эмоциональном плане как помогает спорт?

— Когда у детей нет слуха, они быстро привыкают жить в замкнутом мире и не чувствуют своей ответственности за происходящее в «большом» мире, который их окружает. Например, опоздал парень на тренировку, спрашиваю: «Чего опоздал?» Складывает ладошки возле щеки: «Спал». И если что-то не так, что-то не получается, виноват тренер. Они привыкли, что они инвалиды. Что кто-то несёт за них ответственность. Я этого не признаю. Всеми силами такую «ментальную» инвалидность стараюсь выталкивать.

— И как это сделать?

— Пахать, пахать и ещё раз пахать. На каждой тренировке!

В Тему!

Юрий Здырок, двукратный чемпион России, бронзовый медалист чемпионата Европы по легкой атлетике среди глухих в прыжках в длину:

— Как-то в моей школе проводились соревнования по лёгкой атлетике, у меня оказались лучшие результаты среди других ребят. К тому же мне нравилось прыгать,
бегать, и я решил заняться лёгкой атлетикой профессионально. Тренироваться у Михаила Васильевича нелегко, но это профессиональный спорт, это работа на
результат. Моя специализация —прыжок в длину с разбега, и тройной прыжок с разбега. Главным достижением для меня стало зачисление в сборную России на
первенстве Европы по лёгкой атлетике в 2016 году и заслуженная «бронза» на этом состязании.

Михаил Васильевич  мой наставник во всех вопросах по технике моих тренировок, подготовок к соревнованиям. Никакой «секретной» методики у него нет, просто он — хороший тренер. Большой профессиональный опыт, терпение, знание психологии своих подопечных помогают ему воспитывать чемпионов. И я очень благодарен своему учителю за то, что он поверил в меня и многому научил.

Евгений Бурмин, председатель Брянского регионального отделения Общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское общество глухих»:

— Михаил Захаренков — единственный слышащий брянский тренер, который на протяжении многих лет активно тренирует глухих спортсменов. Я очень благодарен
ему за то, что он — очень внимательный наставник для ребят и прекрасно разбирается в психологии глухих. Особенно ценна эта работа, учитывая невысокий уровень заработной платы тренеров. Более того, Михаил Васильевич первые годы и вовсе проводил тренировки бесплатно. Поэтому смело берусь утверждать:
перед нами редкий пример Человека с большой буквы. И с большим сердцем.

Просмотров: 52