Андрей Лазаренко: «Педагогу в погонах легче понять хулигана!»

Представители полиции Брянщины ежегодно побеждают на конкурсах профессионального мастерства. Лучшими в стране в разные годы становились брянские участковый, дознаватель, эксперт-криминалист, следователь, инспектор ГИБДД, оперуполномоченный, сотрудники пресс-службы. В этом году серебряным призёром Всероссийского конкурса профмастерства среди инспекторов по делам несовершеннолетних (впервые за всю историю состязаний!) стал брянский полицейский Андрей Лазаренко. «Брянская ТЕМА» разузнала подробности этой истории.

— Андрей Николаевич, вы работаете инспектором отдела организации деятельности участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних управления организации общественного порядка УМВД России по Брянской области. Расскажите, а с чего для вас начиналась служба?

— С должности рядового участкового! Сам я родом из Почепа. В 2007 году окончил факультет физической культуры Брянского государственного университета, но в школу работать не пошёл из-за пресловутого финансового вопроса. Тогда ведь, как и сейчас впрочем, зарплаты у учителей были небольшие. Я вернулся в родной город. В Почепе, в патрульно-постовой службе, работал мой родной брат. Он-то мне и посоветовал пойти служить в органы. Брат мой всегда был на хорошем счету, начальство, видимо, решило, что и я не подведу, с работой справлюсь. В то время как раз освободилось место участкового уполномоченного в селе Красный Рог. Там я и начал свою деятельность.

— Про участковых сейчас снимают фильмы, романтизируют профессию. А с какими ситуациями вам приходилось сталкиваться в работе?

— Необычных происшествий, которые могли бы заинтересовать сценаристов, у нас, к счастью, не случалось, зато вся та работа, с которой приходится сталкиваться сельским участковым, как правило, активно освещается в СМИ. Самое распространённое — кражи, грабежи и самогоноварение. Чаще всего воровали металл: начиная от стареньких кастрюль, опрометчиво оставленных во дворе, до ограды на кладбище. Сложнее всего было с цыганами, которые целой общиной поселились на окраине Красного Рога. Иногда даже приходилось метить кастрюли, чтобы доказать, что вещь была украдена. Иначе всё отрицалось. И не докажешь ведь!

Что касается самогонщиков, то, помню, как я 22-летний мальчишка ходил «арестовывать» брагу. А самогонщики — это особый народ: и кричат иногда, и в драку лезут. Бывало, что и в засаде сидели, ожидая, когда клиент выйдет из нехорошей квартиры с бутылкой зелья, потом вместе с ним возвращались обратно, а хозяйка клянётся, что ничего не продавала. В общем, неспокойная это работа, нервная.

Записки на манжетах… участкового уполномоченного

— Были ли в вашей практике ситуации, связанные с подростковой преступностью или преступлениями, совершёнными в отношении несовершеннолетних?

— За те одиннадцать месяцев, в течение которых я работал участковым в Красном Рогу, произошла одна история, которая и определила мою будущую профессию — инспектора по делам несовершеннолетних. Семья была с виду совершенно благополучной: мать, двое детей и их отчим. Старшему сыну было тогда шестнадцать лет, но на вид все двадцать два — здоровый, рослый, крепкий паренёк! Жили они нормально, но однажды между отчимом и мальчиком возник конфликт. Сор из избы старались не выносить, никому про проблемы в семье не рассказывали. А потом дело дошло до рукоприкладства, и в схватках обычно побеждал… мальчик. Ситуация усложнялась тем, что мама не знала, на чью сторону ей встать: с одной стороны сын — родная кровинушка, а с другой муж — тоже не чужой человек. Ситуация усугублялась. Закончилось всё тем, что в очередной драке несовершеннолетний изрядно избил своего отчима и… пришёл в полицию. В силу своего возраста он решил таким образом бросить матери вызов: либо отчим, либо я. В итоге, мальчика поставили на учёт, а в отношении отчима было заведено уголовное дело. Этот сложный, противоречивый, конфликтный случай заинтересовал меня. И когда я узнал, что в Брянском районе освободилось место инспектора по делам несовершеннолетних, решил попробовать свои силы.

Мне сразу объяснили, что работа предстоит совершенно иная, чем у участкового: со взрослыми можно разобраться и пожёстче, а дети есть дети — к ним нужен особый подход. Повезло, что образование у меня педагогическое плюс хорошая физическая подготовка. Да и вообще, у нас считается, что педагогу в погонах легче понять хулигана. Вот в меня и поверили. Хотя мне тогда всего 23 года было, немногим старше своих подопечных…

И ещё одно обстоятельство сыграло не последнюю роль в моём скором переводе из Почепского в Брянский район — на последнем курсе университета в Брянске осталась доучиваться моя будущая супруга Елена. Мы познакомились, когда жили на одном этаже общежития. Когда надоедали пельмени, ходил к Лене домашние котлеты есть! А если говорить серьёзно, то трудно было поддерживать отношения, когда любимая — в Брянске, родители её — в Новозыбкове, а я — в Почепе. Переезд в Брянский район сразу же стал решением этой проблемы.

— И как же здесь работа складывалась у молодого инспектора?

— Брянский район, на мой взгляд, самый сложный для работы. Во-первых, расположен он не совсем удобно — на 150 километров тянется вокруг Брянска. Во-вторых, велика миграция людей из района в город и обратно, границ нет! Например, в окрестностях Путёвки: справа от трассы — Брянск, слева — уже Брянский район. Достаточно только перейти дорогу, чтобы оказаться совершенно в иной юрисдикции. Поэтому в плане профилактической и воспитательной работы постоянно возникали сложности. Там в должности инспектора по делам несовершеннолетних я проработал чуть больше года, а потом мою кандидатуру порекомендовали в областное управление, куда я и перешёл служить в мае 2009-го. Начинал инспектором, затем был старшим инспектором, а сейчас — инспектор по особым поручениям.

Норма: сутки на поиски беглеца

— Больше года вы проработали, как говорится, в поле. Какие случаи наиболее запомнились из этого периода вашей служебной биографии?

— Почему-то мне всё вспоминается одна девочкаподросток. Замечательный ребёнок, которому очень не повезло с матерью. Жили они в деревне, женщина сильно пила. И в пьяном бреду частенько избивала свою дочку и выгоняла на улицу. Летом девочка скиталась по округе в ожидании, когда мать протрезвеет. А потом наступила осень… Доходило до того, что ребёнок ноябрьскими ночами подолгу находился на улице без верхней одежды. Поначалу девочка просилась переночевать к соседям, а потом ей стало стыдно.

Соседи не писали заявление, потому что деревня находилась далеко от райцентра — специально за этим ехать никому не хотелось. К счастью, про сложившуюся ситуацию узнала родная тётя девочки. Она-то и обратилась к нам. В отношении матери было заведено уголовное дело по статье 156 УК РФ: неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. В дальнейшем мать была лишена родительских прав, а тётя оформила опекунство.

— А каков круг ваших обязанностей в настоящее время?

— Наш отдел отслеживает ситуацию в масштабах всей области, мы координируем деятельность инспекторов в разных районах, собираем и анализируем информацию и т. д. К слову, сейчас в штате нашей службы числится 112 инспекторов по делам несовершеннолетних, из них 40 — работают в городе Брянске.

Дважды в год мы проводим обучающие семинары для наших сотрудников с участием представителей уголовного розыска, следователей, дознавателей, членов комиссии по делам несовершеннолетних, представителей областной администрации, чтобы обсудить возникающие в процессе работы вопросы, а также изменения в законодательстве.

— Какие проблемы, связанные с детьми и их безопасностью, наиболее актуальны в настоящее время?

— Сегодня наиболее остро стоит проблема самовольных уходов. Как правило, благодаря слаженным действиям различных служб удаётся в течение суток находить большое количество детей. А дети ведь очень часто убегают: из дома, школы, больницы, приюта. Иногда убегают к родителям. Например, если пропадает ребёнок из социального приюта, значит, первое место, где нужно искать, — квартира родителей. Потому что детей, в каких бы условиях они ни жили прежде, всё равно тянет к маме и папе. Но чаще всё-таки бегут из семьи. Причин несколько. Либо это страх получить наказание (в шесть — десять лет), либо желание манипулировать взрослыми или самоутвердиться (в старшем возрасте). Родителям в этом случае можно дать один простой совет: будьте внимательны к своему ребёнку, постарайтесь разузнать адреса и контактные телефоны его друзей и, если хотя бы однажды ваш ребёнок умышленно убегал из дома хоть на несколько часов, обратитесь за консультацией к педагогам или школьному психологу.

— Насколько много детей погибает в Брянской области в результате несчастных случаев, суицидов, преступлений?

— Истории с трагическим финалом, как в случае с Аней Шкапцовой, ставшей жертвой собственного отца, — единичные. И чаще всё-таки имеет место несчастный случай или же беда происходит из-за недосмотра взрослых. Пятнадцатилетний ученик школы-интерната сбежал, чтобы навестить свою сестру. Руководство интерната не заявляло в полицию о побеге. Подросток добрался до дома своей сестры, но ключей от комнаты общежития у него, конечно же, не оказалось. Он перелез с крыши 9-этажного дома на козырёк балкона, держась за телевизионный кабель, и через окно проник в квартиру на последнем этаже, в которой проживала его сестра. Её, впрочем, дома не оказалось — в комнате находились только маленькие дети. Из-за отсутствия ключей парень не смог выйти из комнаты через дверь и вновь полез в окно. На обратном пути на крышу пострадавший сорвался и упал на асфальтированное покрытие возле дома. Если бы руководство интерната сообщило о побеге в полицию, возможно, дело бы не дошло до трагического финала.

Интернет под присмотром

— Какие изменения в существующем законодательстве в наибольшей степени касаются вашей работы?

— В этом году было возбуждено 9 уголовных дел по новой статье 151.1 УК РФ: неоднократная розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции. Как правило, дело возбуждается после двух установленных фактов продажи. Отмечу: в районах, даже таких крупных, как Клинцовский, Дятьковский и Новозыбковский, таких преступлений совершается значительно меньше, чем в областном центре. В небольших городах все знают друг друга, и чувство ответственности от этого растёт. Да и штраф 10 000 рублей для предпринимателей из районов более внушительная сумма, чем для брянских торговцев.

— В России сейчас происходит процесс становления ювенальной юстиции. Много говорится о новых законах, в пример ставятся другие страны, где ребёнка могут забрать из семьи за то, что родители в воспитательных целях наказывают своё чадо, например, тем же ремнём…

— Закон ещё не принят, и, следовательно, мы не знаем, какие требования он будет предъявлять к родителям. Что касается современного положения дел, то ребёнка из семьи можно забрать только в крайнем случае. При этом решение принимает специальная комиссия, а не полиция, как принято считать. Ребёнок изымается из семьи только в кризисных ситуациях, например, когда в доме нечего есть, или ребёнок не может пойти в школу, потому что ему нечего надеть, или он вынужден постоянно находиться с пьяными родителями. В нашей практике ещё не было случая, чтобы родителей наказывали за какую-либо воспитательную меру с их стороны.

Когда принимаются новые законы, анализируется ситуация по всей России, и будем надеяться, что нововведения будут двигаться в правильном направлении.

Хороший пример: введение в 2009 году детского комендантского часа, когда несовершеннолетним запрещается находиться на улице в ночное время — с 22.00 до 06.00 без сопровождения взрослых. Ежегодно в Брянской области составляется более 2000 протоколов в отношении родителей, штраф составляет от 500 до 1500 рублей. С одной стороны, это помогает контролировать самих подростков, а с другой — снижает количество преступлений в отношении несовершеннолетних.

— Существуют ли группы подростков, объединения несовершеннолетних, которые находятся под пристальным вниманием полицейских?

— В целях профилактики мы собираем и анализируем данные о некоторых объединениях. Например, от других специализированных служб к нам поступают сведения об экстремистских, неофашистских группах в социальных сетях, сообществах агрессивно настроенных футбольных фанатов, сатанистах…

Как правило, такими группами управляют взрослые люди, но они могут вовлекать туда и подростков. Своевременное реагирование позволяет предотвращать многие проблемы и даже преступления. Да и вообще, неограниченный доступ в Интернет вреден для подростков. Во всём должна быть мера!

Олимпийские игры для «детских» полицейских

— Андрей Николаевич, в заключение расскажите о конкурсе профессионального мастерства, который принёс вам серебряную награду.

— Соревнование это проходило в Новосибирске. Более сотни «детских» полицейских готовились к конкурсу заранее. Да и попасть в финальную часть было непросто. Первый этап проходил в межмуниципальных отделах. Затем уже на областных соревнованиях предстояло определить лучшего инспектора региона. В Брянске я занял первое место, поэтому и отправился представлять наш регион в финале конкурса профмастерства.

Первым был экзамен по специальной подготовке. Инспекторы должны были назубок знать все документы, которыми регламентируется служба ПДН. В билете три вопроса, максимальное количество баллов — 90. Я их набрал. Хотя мне не привыкать к сложным экзаменам — в настоящее время я заочно получаю второе высшее образование в Орловском юридическом институте МВД России. Специальность — «правоохранительная деятельность». Вторым было технико-криминалистическое испытание. Нужно было доказать авторитетному жюри, что в случае чего инспектор ПДН может заменить эксперта-криминалиста, зафиксировать отпечатки пальцев, управляться с рацией и другой специальной техникой, которую используют полицейские в своей повседневной службе.

По медицинской подготовке я набрал 26 баллов из 30 возможных и успешно наложил шину на плечо «пострадавшего».

Огневая подготовка — один из самых ответственных этапов конкурса. Я справился с этим испытанием одним из лучших, заняв второе место. Во втором упражнении, стрельбе из пистолета Макарова, выбил 32 очка. Спросите, где учитель физкультуры научился так хорошо стрелять? Обычная тренировка! Ведь у мужчины тяга к оружию в крови. А вот женщинам стрельба в основном даётся сложнее. Но победившая меня инспектор из Новосибирска стреляла не хуже мужчин! Такой даме не стыдно и уступить!

Физподготовка была завершающим этапом конкурса. Я подтянулся на перекладине 27 раз — больше всех своих соперников. Кстати, эта цифра соответствует моему возрасту. Коллеги теперь шутят, дескать, будем надеяться, что с годами количество подтягиваний также будет совпадать с количеством прожитых лет.

На кроссе, дистанция которого была один километр, я финишировал с рекордным результатом — 2 минуты 50 секунд! Ещё бы: в университете я занимался лёгкой атлетикой, и всего несколько секунд мне тогда не хватило до звания КМС. В итоге, в общем зачёте я немного недотянул до первого места. Кажется, всего пять или шесть баллов не хватило…

Конкурс этот проводится один раз в несколько лет, и я уверен, что у меня ещё будет шанс побороться за первое место!

Софья ТРОФИМОВА
Фото Михаила ФЁДОРОВА

и из личного архива Андрея ЛАЗАРЕНКО

2733