Арсений Беляев: прелюдия для флейты

В детской школе искусств № 1 имени Т. П. Николаевой непривычно просторные музыкальные классы. Некогда целое десятилетие было потрачено на превращение бывшего Дворца культуры строителей в городскую школу искусств. На месте прежних подсобок, гримёрок и технических помещений сегодня поют, танцуют, рисуют и музицируют дети. И в одной из таких комнат (прямо за большой сценой!) по субботам и средам нынче исполняется фантазия Франца Допплера на тему Альберта Брауна «Mutterseelenallein» для флейты — сложное произведение, рекомендованное для третьего курса музыкального училища. Всё бы ничего, только исполнителю, Арсению Беляеву, всего-то двенадцать лет…

Юному дарованию, пожалуй, лучшему двенадцатилетнему флейтисту города Брянска Арсению Беляеву посчастливилось родиться в хорошей музыкальной семье. Его бабушка и дедушка, Грета Семёновна и Юрий Дмитриевич Терёшины, преподают в школе искусств имени Т. П. Николаевной уже более 50 лет. И если учесть тот факт, что недавно исполнилось девяносто лет со дня основания школы, ещё той самой, которая ютилась в маленьком здании недалеко от ДК БМЗ, то Терёшины преподают в школе более половины её века.

Юрий Дмитриевич параллельно работает в Брянском губернаторском симфоническом оркестре — с момента его основания.

Да и вообще эта известная в брянских творческих кругах семья зародилась на музыкальной почве, когда в послевоенные годы молодые и талантливые Грета и Юрий отправились в Орёл получать музыкальное образование. Там и познакомились, потом вернулись в Брянск, счастливые от осознания того, что родились в одном городе, создали семью. Грета Семёновна стала преподавать в школе искусств, а Юрий Дмитриевич уехал на пять лет в Минск— продолжать образование в консерватории. В Брянске родилась их дочь Ольга, которая вот уже десять лет, так же как и родители, преподаёт в школе искусств имени Т. П. Николаевой. Там же учится и их внук Арсений — осваивает непростой инструмент флейту и добивается неплохих для своего возраста успехов. К слову, и папа Арсения, Константин, окончил музыкальную школу по классу фортепиано и в свободное время музицирует вместе с сыном.

«Это у нас семейное — заниматься музыкой, — рассказывает Ольга Терёшина, мама и по совместительству концертмейстер нашего героя. — И Арсений, и его младший брат Женя — оба успешно учатся в музыкальной школе. Они впитывали музыку с детства, ещё когда даже не умели толком ходить и говорить: я играла на пианино, а они рядом складывали кубики и одновременно, сами того не зная, развивали музыкальный слух и чувство ритма. Им просто некуда было от этого деться!»

Повезло Арсению и с преподавателем. После подготовительного курса обучения юного флейтиста взял в свой класс виктор Петрович Савкин, тот самый, который воспитал истинную гордость Брянщины, первую флейту Российского национального оркестра, востребованного за рубежом музыканта Максима Рубцова (см. «Брянская ТЕМА» № 4 (11), 2008).

В числе талантливых учеников виктора Савкина — флейтисты виталий Цёмко и Марина Тайц. виталий окончил брянское музыкальное училище, затем Петрозаводскую консерваторию и теперь работает в симфоническом оркестре в немецком городе Франкфурте-на-Майне. Марина, представитель более старшего поколения учеников, солирует в краснодарском оперном театре и областной филармонии.

«Помимо этого у меня есть ученики, которые не оставили музыку, но оставили флейту, — поделился с корреспондентами «Брянской ТЕМы» виктор Петрович.

— Яркий тому пример — Игорь Баталин. Он работал на телеканале НТв в программе «Два рояля», был клавишником в ансамбле «Чёрный кофе». И, конечно, многие мои ученики преподают в музыкальных школах».

Добиться успехов на музыкальном поприще удалось и собственным сыновьям виктора Савкина: один — флейтист, другой — валторнист; один работает в камерном музыкальном театре имени Бориса Покровского, другой — в театре Олега Меньшикова.

Ольга Терёшина вспоминает, что в класс к виктору Савкину попросились сами, так сказать, на правах коллег по творческому цеху. виктор Петрович поясняет: «Был такой замечательный профессор Юрий Должиков, у которого в Московской консерватории учился Максим Рубцов. И он в первую очередь выбирал семью. Потому что важны не только музыкальные способности ребёнка, но и отношение к занятиям в семье. вспоминается, когда сам я только учился музыке, мне очень нравились моменты, когда отец садился рядом и слушал. Хотя он совсем и не музыкант был — авиационный инженер…»

«Мама, хочу играть на дудочке…»

Музыкальный инструмент — флейту, для Арсения выбрали интуитивно. «Мы прогуливались с мамой по улице камозина, и она спросила, на каком инструменте я хотел бы играть, — вспоминает Арсений. — Я ответил, что мне хотелось бы на дудочке. Тогда я ещё не думал, флейта это будет или что-то    другое. Мама сказала: «Хорошо, запишем тебя на дудочку!» А прежде я пробовал играть только на пианино, но это, кажется, не моё». А потом началась учёба…

— Первоначальный интерес к инструменту у детей появляется из чистого любопытства, — поясняет Виктор Савкин. — А когда начинаются серьёзные занятия и возрастают требования к мастерству, у многих учеников, как правило, пропадает явное желание заниматься. А дальше всё зависит от семьи. Если родители хотя бы присутствуют рядом, это уже хорошо. А ведь бывают случаи, когда ребёнок повторяет пройденный материал дома, на первых порах, прямо скажем, «свистит» на флейте, а ему раздражённо заявляют: «Ну когда же ты закончишь, надоело уже!»

Важно и отношение со стороны преподавателя, и здесь главное — любовь к детям. Она должна быть обязательно. А ещё терпение, ведь у ребёнка музыка рождается не сразу…

— А сколько же приходится «терпеть» до того момента, когда ребёнок впервые заставит инструмент рождать музыку, а не просто издавать набор звуков?

— У всех по-разному. Тот же Должиков, набирая учеников в класс, всегда предлагает им извлечь звук из одной только головки для флейты: если получается — принимает в группу, если нет — рекомендует осваивать другие инструменты. к сожалению, мы не можем осуществлять такой строгий отбор и изначально ориентироваться на перспективных учеников. Дело в том, что в брянские музыкальные школы практически нет конкурса…

Я много общался с коллегами из Израиля, США. Например, в Америке считается зазорным, если ребёнок не развивается в плане творчества, спорта или самодеятельности. При общеобразовательных школах повсеместно существуют драматические кружки, симфонические оркестры, хоры, проводятся творческие и спортивные состязания между школами. А у меня был ученик, который осваивал трубу и очень этого стеснялся. Мальчик прятал инструмент в чёрный пакет огромных размеров и так ходил в школу — боялся, что сверстники засмеют.

А ещё обидно становится, когда говорят: зачем в нашем небольшом городе столько музыкантов. Но, постойте, мы ведь не музыкантов воспитываем, это не каждому дано и не каждому по силам. Мы с детства приобщаем людей к искусству, вот что главное! Мы формируем совершенно иное отношение к действительности!

К сожалению, многие наши современники позабыли о том, что без развития культуры в целом нет и частных культур: поведения, восприятия, производства. Отсюда и некачественные товары на прилавках, и преступления в среде подростков, и общая ситуация в стране. когда нет внутренней культуры, снижается требовательность к себе и к окружающим. это печально.

— В таком случае Арсению повезло: его мама не просто преподаватель, но и ещё и его концертмейстер. На сложных выступлениях она всегда рядом, на сцене…

— На мой взгляд, это не так уж и хорошо, когда мама рядом. Потому что ребёнку передаётся её настроение: если мама нервничает, ребёнок начинает подсознательно это ощущать. И наоборот, если Арсений начинает делать что-то    не так, у Ольги начинает колотиться сердце. Хотя сейчас они уже опытная пара, с волнением научились справляться!

О фантазиях и авторитетах

— Говорят, что музыка меньше всего нуждается в новинках: чем старее она, тем сильнее действует. Какие программные произведения вызывают наивысший восторг у ваших учеников?

— Для каждого возраста существует своя музыка. Например, в шесть-семь лет наилучшим образом воспринимаются произведения с песенной основой. Затем мы постепенно приближаемся к классике, а после наступает время полифонической музыки, например, изучаем творчество Баха, Генделя, Телемана…

Это многоголосие, которое требует серьёзного осмысления. Хотя любая музыка, даже самая простая, в первую очередь несёт в себе эмоциональный заряд. И многие музыканты согласятся со мной: чем меньше нот, тем труднее сыграть, сложнее выразить нужную эмоцию. А когда нот много, технически сложно справиться с материалом. При этом на конкурсы мы стараемся привозить ту программу, которая способна удивить слушателя. Чтобы на сцену вышел небольшой совсем человек, не очень зрелый ещё, и заиграл взрослую музыку, которую нужно суметь воспроизвести и передать в ней яркое эмоциональное состояние. Поверьте, это очень сложно.

— С какими произведениями выступал на конкурсах Арсений? И какие престижные соревнования были в его творческой биографии?

— Первым его конкурсом был городской «Дебют». Когда Арсений впервые вышел на сцену, ему было всего шесть лет, и, конечно же, он исполнял несложное произведение, подходящее для этого возраста. Затем был открытый региональный конкурс в Смоленске. Так мы впервые вышли за пределы области. Следующим был международный конкурс «Окно в Европу», который проводился в Санкт-Петербурге, где мой ученик играл достаточно сложную программу на флейте-пикколо и получил диплом лауреата второй степени. Дважды он становился лауреатом областного конкурса, а последняя наша победа — международный конкурс в Петрозаводске, где одиннадцатилетний Арсений поразил жюри своей сложной программой. в частности, он исполнял венгерскую пасторальную фантазию Допплера для флейты и фортепиано. к слову, сейчас мы разучиваем ещё одно произведение этого известного австро-венгерского флейтиста-виртуоза и композитора — фантазию на тему Альберта Брауна «Mutterseelenallein» для флейты.

С каждым шагом мы приближаемся к профессиональному уровню исполнения и мастерства. Без преувеличения сказать, подобные произведения рекомендованы для 3–4-го курса музыкальных училищ…

— Получается, что по уровню мастерства Арсений опережает свой возраст?

— Это действительно так, но измерить степень опережения фактически невозможно, потому как в последние десятилетия значительно вырос и общий уровень обучения. к примеру, те произведения, которые в 70-е годы изучались в музыкальных училищах, сегодня исполняют ученики обычных музыкальных школ.

— С чем, на ваш взгляд, связан подобный прогресс?

— Прежде всего качественно изменился уровень методики преподавания и, соответственно, выросли требования к ученикам. Многие педагоги осознали одну простую восточную истину: чем больше грузить осла, тем он быстрее побежит.

При этом важно знать, на каком этапе необходимо усложнять программу: ребёнок попросту может не справиться с ней и у него появится отвращение к инструменту, а порой даже страх. Навязчивая мысль «я ничего не могу, ничего не умею» может застопорить на долгое время. Поэтому педагог должен быть мудрым человеком для того, чтобы уметь рассчитывать силы ученика и понимать, когда ребёнок в состоянии осилить сложную программу.

— Но ведь у этой медали есть и другая сторона: так называемая звёздная болезнь. Почему она порой проявляет свои симптомы?

— В жизни каждого талантливого ученика в определённое время наступают успешные периоды. кажется, что он многое знает, многое умеет. Особенно сильно эта болезнь проявляется, когда человек не слышит чего-то    лучшего, чем он умеет сам. А потом ребёнок выезжает на конкурс, и вдруг к нему приходит осознание, что другие исполняют так же хорошо, а порой и намного лучше. Может начаться сильнейшая душевная ломка. Доходит даже до того, что ребята перестают заниматься своим любимым делом, потому что уверены, что отстали от сверстников. Финал любой звёздной болезни — это непременно разочарование.

Важно долго и упорно внушать ученику, что на конкурсе может быть всё что угодно: и сыграть можно неудачно, и кто-то    другой может оказаться лучше, чем ты. Ведь, как известно, хорошему нет предела. Но, могу заверить, у Арсения звёздной болезни уж точно нет!

— Считается, что музыка «вымывает прочь из души пыль повседневной жизни…» А что для детей «пыль повседневной жизни» и почему её нужно «вымывать»?

— Музыка, спорт, изобразительное искусство и даже шахматы способны защитить ребёнка от самого главного его врага — улицы, от её дурного влияния. в этом случае ребёнок уже находится в среде, в которой может стремиться к успеху, признанию, достижению авторитета. ведь почему дети попадают в дурные компании? Там проще всего добиться уважения сверстников. Правда, уважение это весьма сомнительное.

С утра — Бах, вечером — «АК47»

Может обманчиво показаться, что наш юный герой Арсений совершенно далёк от обычных мальчишечьих забот, что после школы он спешит в музыкальный класс, а потом скорее домой — заучивать новые гаммы. это далеко не так. в жизни Арсения есть всё, что необходимо подростку: компьютерные игры, правда, дозированные 6-й Областной конкурс юных исполнителей на духовых и ударных инструментах «Волшебная флейта», 2007 год по времени, увлечение рэпом и «Ак47» в наушниках, велосипед и скейтборд — летом, коньки — зимой, круглогодично — бассейн. Ну а кроме этого пять учебных дней в музыкальной школе и огромный объём стандартных домашних заданий обычного семиклассника. как он всё это успевает, мы решили расспросить у самого Арсения.

— Как ты планируешь свой день, чтобы успеть всё сделать?

— Мама говорит, что занятия музыкой дисциплинируют. Так и есть. все уроки я стараюсь сделать заранее. Например, биология и география у нас всего два раза в неделю. Можно выбрать день посвободнее и сразу сделать все уроки. Лучше один день посидеть подольше, чтобы в другие осталось время на прогулки, игры и занятия музыкой.

— Тебе легко было осваивать флейту?

— Поначалу я играл на продольной блок-флейте. Из неё легко извлекать звук. Я попробовал, и мне понравилось, что у меня сразу получается. А потом я понял: звук должен быть чистым и красивым. И это уже сложнее. На самом деле с флейтой всё не так просто!

— А какая разновидность флейты давалась тяжелее всего?

— Флейта-пикколо — у неё совсем маленькие клапаны! Чтобы хорошо на ней играть, нужно много тренироваться. Это флейта, которая требует особого подхода.

— Вспомни первое музыкальное произведение, которое оказалось тебе по душе?

— «Шутка» Баха. Я выезжал с ней на свой первый конкурс. Сложная очень была, поэтому и запомнилась.

— А первое выступление на сцене помнишь?

— Да, с блок-флейтой на «Дебюте». Мне тогда всего шесть лет было. Потом вручили диплом участника и… шоколадку!

— Расскажи о самом ярком впечатлении на конкурсах.

— Когда я выступал на конкурсе в Петрозаводске, в первом туре плохо сыграл этюд и гамму. Сам почувствовал, что всё получилось не так, как хотелось бы. Хуже всего, что на середине этюда у меня начал пропадать звук. Потом, как выяснилось, это от волнения у меня пересохло в горле. Думал, вылечу после первого тура, но прошёл во второй. Тогда я решил как можно лучше подготовиться к следующему выступлению — и стал лауреатом престижного конкурса! Мы очень радовались с мамой и ходили отмечать победу в кафе. А вообще у меня радость была на душе, что хорошо сыграл. Удовлетворение, что показал себя с лучшей стороны.

— А что ты делаешь, чтобы не страшно было выступать на сцене перед большим количеством зрителей и тем более перед жюри?

— Нужно просто не обращать на всех внимания, не бегать глазами по залу. виктор Петрович научил меня выстраивать перед собой невидимую стену, чтобы казалось, будто я совсем один на сцене. Только я и флейта. Или представляешь, как будто ты в классе или дома и что это всего лишь обычная репетиция. Меня учили переносить на сцену чувства, которые испытываешь в классе: спокойствие и уверенность. это очень помогает!

— Есть ли музыкант, на которого ты хочешь быть похожим?

— Пока нет, но точно знаю, что мне нравится Максим Рубцов — он хороший человек и музыкант. Я всегда бываю на его выступлениях в Брянске.

— Арсений, а «хороший музыкант» — это какой музыкант?

— Наверное, тот, который участвовал во многих конкурсах, занимал призовые места. И обязательно, чтобы музыкальную школу окончил с хорошей характеристикой и чтобы там было написано: «посещал уроки сольфеджио». Во всяком случае, мне так педагог по сольфеджио говорил…

А вообще музыка — это когда инструмент звучит хорошо, красиво, стройно. Значит, хороший музыкант — это тот, кто умеет так играть!

— Кем мечтаешь стать в будущем?

— Ещё не определился, но, думаю, что музыкантом. Если устроиться на работу в хороший оркестр, можно себе и квартиру хорошую купить, и машину нормальную тоже. Если ты хороший музыкант, можно многое. Хотя иногда бывает, что если у тебя нет денег, ты никто. Например, скоро конкурс будет проходить в Будапеште, очень престижный, и, говорят, у меня на нём неплохие шансы, да и программа уже готова. Только стоит всё это очень дорого — билеты на поезд, проживание…

— А как же талант? Не заменяет ли он все другие условия?

— Иногда заменяет. А иногда никому ты не нужен…

— Как ты думаешь, где рождается музыка: внутри флейты, в лёгких или, может быть, в пальцах?

— Музыка идёт от ума. Мне виктор Петрович несколько раз уже говорил: «как подумаешь, так и сыграешь».

— Значит, о человеке можно судить по его исполнительскому мастерству: хорошо играет, значит, хорошо думает и, значит, он хороший человек?

— Нет! О человеке судят по поступкам.

— А ты хорошие поступки совершаешь?

— Бывает. как-то    гуляли с друзьями по улице и вдруг услышали плач маленького котёнка. Беспомощный, он сидел на огромном вишнёвом дереве и никак не мог слезть. Сад принадлежит очень сердитой женщине, которая не любит посторонних. Ребята не решились спасать малыша, а я полез. вызволить кроху было непростым делом — котёнок царапался и кусался, но я всё-таки снял его с дерева. Думаю, этот поступок вполне можно назвать хорошим.

Софья ТРОФИМОВА
Фото Михаила ФЁДОРОВА
и из личного архива семьи Беляевых–Терёшиных

3508