Ирина Муромцева: «Первые шаги в профессию я сделала в брянском лицее»

Вы точно знаете её в лицо— очаровательную ведущую программы «Утро России» Ирину Муромцеву. Вместе со своими коллегами, первыми лицами утреннего канала «Россия-1», Ирина помогает 143 миллионам соотечественников не проспать главное. «Брянская ТЕМА», следуя этому же совету, главное как раз и не проспала: Ирина Муромцева в юности несколько лет жила в нашем городе, окончила Брянский городской лицей № 1 и именно здесь однажды решила стать журналистом. Обо всём этом и многом другом профессиональном и личном — Ирина Муромцева рассказала в эксклюзивном интервью «Брянской ТЕМЕ».

— Ирина, известно, что вы жили в Брянске несколько юношеских лет и, получив лицейский аттестат, уехали из города, чтобы поступить на факультет журналистики воронежского университета. Хочется узнать: журналистика — это реализованная мечта для вас или стечение обстоятельств? И как вообще происходил сам процесс выбора профессии?

— Изначально я готовилась к поступлению на иняз, но в итоге не добрала пару баллов. И, так как я училась в экономическом классе лицея, мне ничего не оставалось, как пойти на экономический факультет брянского пединститута — туда даже экзаменов не надо было сдавать.

Честно признаюсь, учиться там мне не нравилось: факультет фактически выпускал учителей труда. Дело в том, что экономика была тогда в моде, поэтому факультеты открывались в каждом вузе — иногда случались и такие скрещивания. При этом вместе с экономикой нужно было учить сопромат, сдавать черчение, швы на швейной машинке.

Я каким-то счастливым стечением обстоятельств оказалась на»Радио НК». (Может, кто помнит такое?) Стала работать ведущей. Помню, в вечерней программе по заявкам ставила сокурсницам песни, передавала от них приветы их близким, а девчонки за это сдавали за меня швы. Со швейной машинкой отношения у нас сразу не заладились…

Через год институт я бросила, работать на радио мне было гораздо интереснее. Хотелось отправиться покорять столицу, но родители не отпустили в Москву. А в Воронеже (поступать туда в университет собиралась моя подруга-одноклассница) у папы жила семья его приятеля. Вот я и отправилась сдавать экзамены на воронежский журфак. А оттуда — сразу в Москву. Обошла несколько радиостанций, меня взяли на «Радио РОКС». Так без мечты, но с огромным желанием и началась моя журналистская эпопея. Училась заочно в Воронеже, работала в Москве.

«В Сегоднячко охотно брали молодых журналистов…»

— Поступая на факультет журналистики, какой вы представляли себя в будущем, о какой карьере мечтали? Можно ли сейчас сказать, что эти ожидания сбылись?

— Вот вы всё мечтала-мечтала… Какие мечты! Я же училась и работала! Первый год вообще был ужасно тяжёлый, еле денег хватало на съёмную квартиру. Родители особо и помочь не могли, только соленьями-вареньями. Помотало прилично в начале, пока не пришла на НТВ — в программу «Сегоднячко» корреспондентом.

— Когда состоялась ваша первая проба пера?

— У Льва Новожёнова в «Сегоднячко» и состоялась. Кстати, Лев Юрьевич тоже долгое время жил в Брянске.

— Выходит, ещё будучи студенткой, вы были приняты на работу на телеканал НТВ. А почему именно НТВ? Почему «Сегоднячко»? И какие требования предъявлялись к претендентам на должность корреспондента?

— Как я уже сказала, работе на НТВ предшествовало «Радио РОКС», «Открытое радио», затем ещё немного поработала в журнале «Неизвестная планета» и только потом уже пришла на НТВ.

В «Сегоднячко» охотно брали молодых людей с зачатками журналистских навыков, учили, натаскивали. Это был этакий «курс молодого бойца» со всеми прелестями подобного обучения. Если вы научились плавать, будучи заброшенным добрыми, сильными руками на глубину и выплыли абсолютно без каких-либо навыков, вы сможете меня понять. Хотеть работать, быстро учиться, хорошо соображать, мало спать, быстро бегать, писать и монтировать — такими были требования.

— С какими трудностями поначалу пришлось столкнуться?

Сложнее всего было написать текст. Представьте, если вдруг кто-то  из вас решится снять 2-минутный сюжет — будьте готовы к тому, что эти 120 секунд— только вершина айсберга. Сначала нужно договориться с будущими героями сюжета о съёмках, понять, смогут ли они сказать то, что нужно вам. Параллельно следует хорошенько проработать тему — почитать вообще о том, что вы собираетесь снимать. И всё равно этого будет мало. Нужно всё это снять, привезти, отсмотреть. Из многоминутных монологов взять те 15–20 секунд, которые раскроют тему, написать текст, собрать потом всё из этих кусочков воедино: 1-й, 2-й, даже 10-й раз… Это непросто!

— Какие рекомендации более опытных на тот момент коллег оказались для вас полезными? И какие советы своих наставников вы до сих пор цените?

— Мне поначалу очень помогал Саша Пальников, он работал когда-то  на «Радио НК» в Брянске, потом тоже уехал в Москву, стал корреспондентом программы «Криминал» на НТВ. Наша редакция была на третьем этаже, его — на восьмом. Он приходил, читал мои тексты, делал замечания, поддерживал. Я до сих пор ему очень благодарна: тогда он был для меня как старший брат. Правда, сейчас мы потерялись в большой Москве, последний раз виделись лет восемь назад, наверное, на его свадьбе.

— А в какой момент пришло осознание того, что вы — состоявшийся в профессии человек?

— Не пришло ещё. Может, как засяду за мемуары, придёт…

«Я не раскладываю на молекулы свою профессию»

— Ведущая на радио, продюсер, корреспондент, диктор в программе новостей на федеральном канале, ведущая программы «Утро России». Какая из журналистских ролей дороже и ближе для вас? А сейчас вы всё ещё в поиске?

— Я не раскладываю на молекулы свою профессию. Всё, что я делала, чему училась, всё, что умею или до сих пор осваиваю, мне важно. А поиск, самоедство, желание продолжать учёбу, не останавливаться — мои характерные качества. Причём я рада, что они у меня есть.

— А в работе ведущего что главное?

— Чувствовать себя, осознавать, где ты и кто ты. Чтобы не потерять себя настоящего, превратившись в экранный образ.

— Однажды, для того чтобы стать ведущей в программе новостей, вы специально занимались с преподавателями техники речи и телевизионного мастерства из Останкинской школы телевидения. Именно с этого момента, с новостей, начала складываться ваша карьера как ведущей на федеральном канале ТВ. А что лично для вас хорошие новости?

— Это было не однажды, а много раз на протяжении года, если не больше. Тогда я ещё не вела ничего в кадре, просто понимала, что мне нужно, каких навыков не хватает. А хорошие новости — это когда весь твой коллектив и ты сам слаженно, интересно и осмысленно работаете. Тогда не возникает фальши, нет ощущения у аудитории, что где-то  они это уже слышали, видели, читали.

— Какой оказалась самая приятная новость, которую вам приходилось сообщать телезрителям?

Утренний эфир ежедневно даёт зрителям множество приятных новостей, но таких, как Гагарин жив или жители Земли дружно взялись за восстановление и сохранение планеты, не доводилось, увы, сообщать.

— А сами вы смотрите телевизор? Если да, то какие программы заслуживают вашего внимания?

— Смотрю новости, информационные итоговые программы на разных каналах, некоторые шоу, фильмы и документалистику.

— Считаете ли вы, что журналистика — это четвёртая власть? И власть ли?

— Разумеется. Это проходят ещё на журфаке — пути воздействия на аудиторию и прочее. И всё же, кто бы ни обладал первой, второй, четвёртой, сто двадцать пятой властью, по-прежнему знание — сила. Человек, хорошо знающий историю, читающий классиков и современников, анализирующий, находящийся в осознанном состоянии, не сможет оказаться под властью чего-либо  , не сможет не почувствовать, что где-то  внутри растёт смутное желание отключиться, не слушать, не смотреть, возмущаться и негодовать. И одним лишь обращением журналистского взгляда на что бы то ни было здесь не обойтись. Для этого нужно, чтобы и аудитория, буквально каждый зритель осознавал, что с ним происходит, думал и прислушивался к своим ощущениям.

В идеале журналист — этот тот, кто условно расскажет повару, как живётся врачу, родителю — как понять ребенка, стране — как устроены другие государства. Телевидение должно развивать кругозор, осуществлять связь между людьми — все мы разные и, даже живя в одной квартире, не всегда друг друга понимаем. А тут такая возможность сразу почти на все органы чувств воздействовать!

Меня, конечно, огорчает, что теперь и телевидение, и разного рода виды искусства, и многое другое становятся всё больше развлекательными. Развлечение — это хорошее занятие, но если только оно уравновешено вовлечением, вниманием, вдумчивостью и, как следствие, размышлением. Иначе мы, люди, существа разумные, превращаемся сначала в развлечённых, потом в развращённых, потом в равнодушных. И неинтересно уже ничего: ни внутри себя самого, ни вокруг.

«Если любишь, надо разрешить ребёнку ошибаться»

— Ирина, какие проекты интересны вам в настоящее время?

— Мой главный проект — моя семья.

— Поделитесь хорошими новостями о своей семье: чем сейчас увлечена ваша дочь Люба? В прошлых своих интервью вы говорили, что она, как и её мама, — в постоянном поиске. И, к слову, тоже мечтает стать актрисой…

— Это у нас семейное — время от времени мечтать о карьеры актрисы. Только я уже давно поняла, что лицедейство — не моё. Чтобы быть настоящим профессионалом, надо учиться, а мой поезд в этом направлении ушёл вместе с юношескими мечтами о ВГИКе. Да и Любаша моя не актрисой мечтает стать, а певицей. Впрочем, я думаю, ей хочется самовыражаться, как любой творческой личности. Скорее всего, если желание не угаснет, оно её выведет к любимой, интересной и творческой работе.

— Сейчас ваша дочь — уже подросток, можете ли вы назвать себя подругами? Люба охотно делится с вами своими секретами?

— Очень хотелось бы пройти с дочкой все этапы её взросления, в том числе и этот, переломный! Быть близкими тут очень важно. Конечно, секреты есть, это нормально, у любого человека есть свой мир, в который никто не может быть допущен.

Для меня важно, чтобы мы не просто секретничали, валялись с книжкой в выходные или смотрели любимый фильм. Важно, чтобы мы уважали друг друга, а это в итоге определят время и, безусловно, наши поступки, слова, мысли, мечты и достижения. А вот тут нужно очень много терпения. Потому что есть большое родительское искушение примерить свою правду на жизнь дочери. Цель, разумеется, благая — чтобы ребёнок твой не наступал на те же, что и ты, грабли, учился на твоих ошибках, не бился больно… Но в итоге понимаешь, что вот тут как раз и надо смириться. Если очень любишь и тебе важно сохранить эту теплоту и доверие надолго, надо разрешить своему ребёнку ошибаться и набивать шишки, и быть рядом, чтобы утешать, поддерживать и любить, конечно.

— Дочку вы родили, работая на НТВ. В то время, когда другие телеведущие ходили на митинги по поводу развала канала, вы решили уйти в декрет. А сейчас любимая ведущая миллионов телезрителей решилась бы на такой шаг?

— Если начнутся митинги, а я опять уйду в декрет… Неужели кто-то  решится предположить, что я предвижу смуту и беременею специально, чтобы избежать участия в разборках?! Семья, дети… Что может быть важнее?! И я уверена, что любящие меня миллионы телезрителей меня поддержат.

«Овал лица неплохо подтягивает… чувство юмора!»

— Ирина, миллионы наверняка хотят знать, что увлекает их кумира вне рабочей студии. Вот что для вас отдых, например?

— Когда интересно, в меру активно, вкусно, тепло и с близкими людьми.

— Какая страна по духу вам ближе всего?

— Я люблю Азию. Вероятно, близки её философия, культура и нрав местных.

— На увлечения, хобби время остаётся? Например, танцы (после проекта «Танцы со звёздами») не стали одним из ваших музыкальных увлечений?

— Пожалуй, как раз только музыкальное увлечение от «Танцев со звёздами» и осталось. В хореографическое так и не переросло — очень напряжённый был проект. Если бы мы танцевали с профессионалами, думаю, послевкусие осталось бы другим. Но в любом случае это был полезный и интересный опыт!

— Любите ли вы готовить? Или же, вспоминая процитированные вами слова Галины Волчек о том, что профессионально и честно работать можно только на 99,9%, на кулинарные изыски времени всё-таки не остаётся…

— Думаю, Галина Борисовна имела в виду всю жизнь: профессионал остаётся профессионалом во всём, он не распыляется, у него есть своя фишка, свой конёк, коронка, как угодно назовите, а может, просто отдушина. Если уж и я, благодаря вам, оказалась в числе профессионалов, работающих на 99% (за что вам, конечно, спасибо, со стороны виднее), то посрамить это гордое звание я бы не смогла. Видимо, все последние годы, предчувствуя такой комплимент в свой адрес, я научилась и готовить, и неплохо водить машину, и убирать квартиру до скрипа, и пропалывать грядки, и даже собирать грибы. Всё это здорово. И когда случается взяться за разделочную доску, выкладываюсь на всё те же 99,9%!

— Есть ли у вас собственный секрет красоты? А с нашими читателями поделитесь?

— Чувство юмора неплохо подтягивает овал лица и держит в тонусе мышцы тела!

— По какому принципу вы формируете свой гардероб? Отдаёте ли предпочтение известным брендам?

— По принципу вкуса — это главный критерий. Не хочу обидеть ни одного известного, не очень или совсем неизвестного дизайнера — вдруг попадётся это моё интервью на глаза. Просто скажу, для меня главное — хороший крой, фантазия и качество.

— А как выбираете наряды для эфира? Кто помогает вам создавать неповторимый стиль?

— Выбираем вместе со стилистом, но из моего личного гардероба уже порядком вещей перекочевало на работу. Мне важно комфортно чувствовать себя в одежде, нравиться себе. Не всегда предлагаемые мне нашими стилистами образы удовлетворяют, приходится, что называется, в своём выходить в эфир.

— Фраза «Доброе утро!» наверняка уже стала для вас родной. А как обычно проходит ваше утро?

— Кофе, лёгкий завтрак, любимая музыка в машине по дороге на работу…

— Ирина, каким должно быть утро, чтобы его можно было с уверенностью назвать добрым?

— Не поверите, но оно должно быть таким же, как ваше расположение духа.

«Брянск начался для меня с очереди за молоком»

— Позвольте задать и несколько вопросов о городе Брянске, занявшем определённое место в вашей профессиональной биографии. Из ваших прошлых интервью известно, что родились вы в Питере, в семье военного — в то время ваш папа учился в ленинградской военной академии. А как семья оказалась в Брянске?

— С военными такое случается, их всё время переводят по службе из одного города в другой. А всё семейство покорно следует за главой.

— Сколько лет вам было, когда вы переехали в Брянск? Какими были ваши первые впечатления о городе?

— Тогда мне было одиннадцать лет. И Брянск начался для меня… с очереди в молочный отдел продуктового магазина в 5-м микрорайоне. Там всегда было много желающих сдать бутылки и купить молоко, кефир, ряженку. До этого мы жили в маленьком военном городке —молоко туда привозили в бидонах. Кефира, ряженки, творога не было и в помине. Поэтому, видимо, я в эту очередь шла ежедневно без страха и упрёка, лишь бы снова сдать пустые склянки и получить бутылки с удивительно-прекрасными крышечками.

— Это был совершенно чужой для вас город или всё-таки здесь были родные, друзья семьи?

— До нас в Брянск переехал сослуживец отца с семьёй. Мы дружили до этого, потому в основном с ними и общались поначалу. А потом уже обросли друзьями и знакомыми — тоже в основном из папиных сослуживцев и их семей.

— По столичной жизни случалось скучать? Что, возможно, раздражало вас или, напротив, радовало в размеренном ритме провинциального города?

— Сия жизнь была мне неведома: Ленинград мои родители с двумя дочерьми покинули, как только отец окончил академию. Свою карьеру он начал во Ржеве (Тверская область), в военном городке на 37 домов.

Почти десять лет прекрасного вольного взросления в гармонии с природой. Речка, пруды, лес, поля, шалаши, костры — это было настоящее детство в деревне! Самое счастливое, какое только можно себе представить!

В этом плане Брянск по сравнению со Ржевом — мегаполис.

— Чем занимались родители после переезда в Брянск? Остался ли сейчас кто-то  из членов вашей семьи в городе на Десне?

— Питер, Ржев, бабушки во Владимире и Ульяновске. Родители занимались, переехав в Брянск, тем же, чем и раньше — служили Советскому Союзу. Папа и мама (так уж получилось, это участь многих жён военных) — связисты. Они на пенсии сейчас оба, живут в Брянске.

— Какое место занимает Брянск в вашей биографии в ряду других городов? Когда вы в последний раз были в нашем городе?

— Бываю в Брянске регулярно — навещаю родителей. Мне нравится, что город чистый, ухоженный, зелёный.

Воспоминаний, связанных с Брянском, много — отрочество и юность всё-таки там прошли.

— Были ли у вас любимые места в Брянске? С какими воспоминаниями они связаны?

— Яблоневый сад. Он начинался от Самолёта и рос вдоль всего 5-го микрорайона до конечной «пятёрки». Он был чудесен в любое время года! Мне нравилось там гулять.

— Наверняка множество приятных воспоминаний связано с лицейскими годами… Стал ли первый городской лицей для вас тем самым «прекрасным союзом», воспетым классиком в известных стихотворных строках?

— Лицей мне очень много дал. Учиться там хотелось невероятно — атмосфера была учебная. Преподавателям нравилось преподавать, а ученикам учиться. Я три раза туда сдавала экзамены — всё никак математику не могла осилить. Каждый раз экзамен принимала одна и та же учительница, и, хотя у меня математика была любимым предметом, она меня не хотела брать.

Приняли меня в лицей условно на полгода. Полгода жуткого стресса, переживаний, но и радости: ребята в классе были просто замечательные. Давно уже ни с кем из них не виделась, но все воспоминания об учёбе там у меня хорошие. Хотя много разного было, но меня все тогдашние трудности многому и научили.

Спасибо этому месту. Благодаря нашему директору, а ещё и преподавателю литературы в нашем классе Антонине Семёновне Потаповой (Курасовой), её любви к Пушкину в лицее всё время устраивались какие-то концерты, вечера, праздники, пушкинианы, а я, уж так получилось, и пела там, и стихи читала, и вела их. Может, с ведения тех лицейских концертов всё и началось…

И последний вопрос: если бы человек, который никогда не был в Брянске, попросил вас описать этот город в нескольких словах, каким бы вы его представили?

— Теперь уже провинциальным, но в хорошем смысле слова, когда провинция — это размеренность и спокойствие.

Александра САВЕЛЬКИНА
Фото из личного архива Ирины МУРОМЦЕВОЙ

В Тему!

Антонина Семёновна Курасова, народный учитель РФ, основатель и первый директор Брянского городского лицея № 1 имени А. С. Пушкина

— Брянский городской лицей № 1 когда-то  и создавался для того, чтобы его выпускники становились яркими, талантливыми личностями, имели успех в жизни. Особенно точно эти слова характеризуют представителей первых выпусков лицея, в числе которых замечательный человек Ирина Муромцева.

Будучи директором лицея, я также преподавала литературу у студентов экономического класса, в котором училась Ира. Рассказывая о ней, я легко могу вспомнить то место в классе, где она сидела со своей одноклассницей Машей Рогач, и сразу передглазами возникают образы девочек — аккуратных, симпатичных, много читающих. Помню почерк, которым Ира писала свои прекрасные сочинения. Помню и высоко ценю (как прежде, так и сейчас) её целеустремлённость.

Ира всегда стремилась развивать эрудицию, интеллектуальные способности, получать всё больше знаний. Лично я, как учитель, её частенько поощряла, — давала дополнительные задания, которые Ира с удовольствием выполняла. И всегда на «отлично»!

А ещё я помню Иру Муромцеву выступающей, декламирующей, рассказывающей — образ талантливого ведущего начал складываться у неё ещё в лицее.

Много можно говорить о выпускниках лицея, о том, как преуспели наши воспитанники в разных сферах жизни. Некоторые из них становились героями и «Брянской ТЕМЫ». Но из первых выпускников особенно яркими звёздочками, на мой взгляд, сияют три лицеистки: телеведущая Ирина Муромцева, кандидаты медицинских наук, ведущие врачи престижных московских клиник Ирина Зотова и Наташа Туманова.

5421

Добавить комментарий

Имя
Комментарий