Эдуард Трояновский: «Боксёр — артист, ринг — его сцена»

В профессиональный спорт 32-летний боксёр Эдуард Трояновский пришёл сравнительно недавно. И сейчас Брянский Орёл (а именно такое прозвище он получил за свою манеру боксировать) находится на взлёте карьеры. По итогам 2012 года Эдуард признан лучшим чемпионом года по версии престижной Паназиатской боксёрской ассоциации (РАВА), в мировом рейтинге всего за год поднялся с 160 места на 15, входит в десятку лучших спортсменов Брянщины, и именно о нём однажды сказал русский гигант Николай Валуев: «Я уверен в победе Трояновского». Насколько уверен сам боксёр, «Брянская ТЕМА» разузнала в эксклюзивном интервью со спортсменом.

— Эдуард, прежде чем начать говорить о боксе, разъясни один казус: в одних интервью тебя представляют как брянского спортсмена, в других как орловского…— Сейчас я выступаю только за Брянскую область, в Орле же провёл большую часть своей жизни, ну а родился вообще в Сибири! Случилось это 30 мая 1980 года в одном из омских роддомов. Первое взвешивание показало три с половиной килограмма.

К тому времени в семье было уже двое детей — две моих старших сестры: одна появилась на свет в Красноярском крае, откуда родом моя мать и где познакомились и оформили брак мои родители, вторая — в Самарканде. Папа мой в то время работал дорожным инспектором и проводил расследования серьёзных ДТП. Вот и катались по стране. А потом, видимо, папе это дело надоело, да и детей хотелось воспитывать в более мягком климате, нежели сибирский, — решили переехать в среднюю полосу. В один прекрасный момент ткнули пальцем в точку на карте. Рядом с точкой было написано слово — Орёл. Так и переехали туда жить. Потом в семье дважды случалось пополнение: родились мои брат и сестра.

— Как спортсмен ты, наверняка, начинался тоже в Орле. Расскажи, как это было?

— В пятом классе я попробовал заниматься тяжёлой атлетикой. Вид спорта выбирал не сам — сестра помогла. Долгое время я ходил за ней и канючил записать меня в какую-нибудь секцию, чем изрядно надоедал. Однажды она не выдержала, взяла меня за руку и отвела в секцию тяжёлой атлетики. Там я два года осваивал и оттачивал два главных упражнения для штанги: рывок и толчок.

— Первый личный рекорд помнишь?

— Нет, цифры в памяти не отложилось. Зато могу похвастаться, что за эти два года мне удалось стать вторым в области! А потом с тяжёлой атлетикой пришлось завязать. Я ведь всегда был небольшого роста, в детстве почти все сверстники были выше. И вдруг новость, как гром среди ясного неба: штангисты не растут. Считается, что это их профессиональная «болезнь», которая развивается в результате постоянного воздействия тяжести на позвоночник. Не скажу, что я комплексовал, но в секцию тяжелоатлетов перестал ходить не раздумывая.

— Силу во дворе случалось применять?

— В детстве я постоянно с кем-то   дрался, задирался, куда-то бегал… Жили мы в многоквартирном доме. И это не как сейчас, когда многие дети сидят по квартирам, играют в компьютерные игры и болтают в соцсетях. Нет, тогда улица была нашим интерактивным пространством. И вот в этом пространстве нашёлся один паренёк (на целых три года меня старше!), который постоянно ко мне, шестикласснику, задирался. Иногда ему даже удавалось прогнать меня со двора. Так, однажды в пылу очередной словесной перепалки он с силой ударил меня в грудь, на что я ответил точным и весьма результативным ударом в нос — кровь брызнула ручьём. Я убежал. Хотя потом он всё равно поймал и побил меня. В общем, определённую порцию пацанской закалки в детстве мне удалось получить.

«Я научился ставить перед собой цели»

— После «разрыва» с тяжёлой атлетикой ты продолжал ходить в спортзал?

— Потребность ходить в спортзал была всегда, и я её с удовольствием удовлетворял: то лёгкой атлетикой, то, правда недолгое время, кикбоксингом. А в 1996 году в моей жизни появился бокс. Помню, что записывались с друзьями в секцию в сентябре. Первый мой тренер — Владимир Иванович Редин. Зиму продержались стойко, но к маю 1997 года в боксе остался только я. Походил немножко один и тоже бросил.

Затем было поступление в железнодорожное училище, на втором курсе которого я снова решил вернуться к боксированию — записался к тому же тренеру и в тот же спортзал. Но через год был призван в армию. Тренер какими-то немыслимыми путями договорился с армейским начальством, чтобы меня оставили служить в Орле и я мог продолжать тренировки. Но не срослось — в увольнительные молодого связиста ПВО отпускали нечасто, видимо, небезосновательно опасались ответственности, которую пришлось бы нести военным за мои синяки, полученные на ринге.

Но я времени не терял — использовал свободные часы (преимущественно после ужина) на занятия общей физической подготовкой: снова вернулся к турнику и штанге. Занимался не один, нас трое таких было. Это во многом помогало — способствовало системности тренировок. А когда закончился срок службы, на следующий же день пошёл в спортзал и больше с боксом никогда не расставался. Сначала он был любительским, затем стал профессиональным.

— Если бы тебя спросили, чем ты занимаешься, как бы ты описал свою работу?

— Я бы сказал, что хожу в спортивный зал, занимаюсь физическими упражнениями. Это и есть моя работа.

— Кажется, к слову «бокс» напрашиваются совсем другие ассоциации…

— Хорошо, скажу по-другому, но про мордобой мы всё равно не станем говорить. Потому что (а я в этом твёрдо уверен!) боксёр — это артист, а ринг — арена, сцена, помост. В спортзале я репетирую роль, а потом выхожу на ринг, чтобы показать своё творчество людям. Моя работа — ходить в зал, отдаваться ей полностью, любить её и на арене показывать то, чему я научился.

— А когда ты понял, что бокс стал частью твоей жизни? Когда ты осознал, что это серьёзно и надолго?

— Ещё до армии я начал участвовать в соревнованиях по боксу. Первые проигрывал — и сильным, и не очень сильным спортсменам. Оттого всё чаще в голове звучала мысль: может, это и не моё, может, у меня никогда ничего не получится. Так прошло полгода, а потом я одержал свою первую победу и понял, что никогда уже не смогу отказаться от этого ни с чём не сравнимого ощущения. Пусть я тогда был далеко не лучшим (вторым в Орле в своём возрасте и весовой категории) и соревнования были не высокого уровня, но вкус победы я успел попробовать. И это стало первым шагом к дальнейшим успехам. Считаю, что самое большое достижение тех лет — мне захотелось развиваться, я научился ставить перед собой конкретные цели.

— А это нормально в боксе — начать карьеру в столь позднем возрасте?

— Конечно, нет! Обычно дети приходят в секцию бокса в 10–12 лет, к 16–17 годам имеют определённые достижения, соревновательный опыт. А я в этом возрасте только взял старт, который к тому же был отложен на время из-за службы в армии. По сути у меня «детского» спорта и не было, да и в группе юниоров выступал всего пару раз. А после армии моими соперниками были кандидаты в мастера спорта, мастера международного класса. Выручало одно — хорошая физическая подготовка и огромный запас терпения. Четыре или пять лет я варился в этой «безрезультативной» каше, пока не перешёл на новую ступень, снова не научился побеждать.

Каждый год я пытался взобраться на пьедестал победы: выигрывал городской турнир, областные соревнования, но не мог стать лучшим в ЦФО. Каждый год я начинал этот путь и заканчивал его провалом. Так было до 2006 года…

С 2005-го параллельно начал выступать по кикбоксингу. Это стало своего рода вынужденной мерой — нужно было запасаться опытом, получить который можно только на соревнованиях. И кикбоксинг стал хорошим дополнением.

«Как профессиональный боксёр я родился в Германии»

— Расскажи о своих первых победах?

— В 2006 году я выиграл в Санкт-Петербурге турнир класса А по кикбоксингу, где выполнил норматив мастера спорта. Годом позднее выполнил и мастерский норматив по боксу.

В 2007 году стал вторым на чемпионате мира по кикбоксингу, в 2008-м — чемпионом Европы, в 2009-м — чемпионом России и вошёл в отечественную сборную. Должен был снова ехать на чемпионат мира, теперь уже как член сборной России, но не смог. Мои документы «придержали», вместо меня поехал другой спортсмен.

— Как ты пережил этот удар?

— Удар похлеще, чем на ринге! К счастью, я успел от этого вовремя отвлечься. В том же 2009 году я выиграл чемпионат Москвы и Московской области по боксу и вскоре познакомился со своим будущим тренером. Выходец из Казахстана, Виктор Иванович Битяков работал в Германии. Он наладил связь с одним из немецких клубов, откуда мне поступило предложение показать себя как профессионала. Впервые я оказался в немецком городке Халле (Заале) в декабре 2009 года, провёл два официальных боя, зарекомендовал себя, начал выступать за местный клуб.

— А чем отличается профессиональный бокс от любительского?

— Прежде всего это внешние отличия: профессиональные боксёры выступают без маек, а боксеры-любители в майках и шлеме. Существует разница и в конструктивных особенностях боксёрских перчаток: у любителей меньше возможности нанести жёсткий удар. Также есть различия по количеству и длительности раундов, построению турнирной схемы, правилам ведения поединка. Так, бой в профессиональном боксе не останавливается, пока один из спортсменов не будет нокаутирован или не сможет продолжить бой по той или иной причине (в том числе из-за травмы). В любительском — боксёр считается находящимся в нокдауне, если после сильного удара он не упал, но находится в полубессознательном состоянии и не может, по мнению рефери, продолжать бой.

Судьи дают боксёрам-профессионалам возможность сполна проявить свои бойцовские и волевые качества, этот вид более жёсткий и более зрелищный. А вот в любительском боксе рефери могут остановить бой в любой момент, чтобы сделать замечание или предупреждение боксёру.

— Что заставило тебя вернуться в Россию?

— Разногласия с менеджером. В конце 2010 года я завоевал титул чемпиона Европы по версии WBO — Всемирной боксёрской организации, одной из ведущих в мире. Но менеджер, от которого зависит будущая карьера спортсмена, относился ко мне, как к мальчику из глубокой российской провинции: экономил на медицинском обслуживании и восстановительных процедурах, прописанных в контракте (их попросту не было!), организовывал моё участие в поединках за те суммы, которые не полагались по статусу чемпиону Европы. Может показаться, что во мне сейчас говорит какое-то тщеславие — нет, здесь речь идёт о сохранении здоровья и профессионального авторитета. Этим я не мог пожертвовать. Благо что и тренер был на моей стороне. После одного из поединков я сказал менеджеру: если работа не будет строиться на взаимных интересах, я соберу вещи и вернусь в Россию. Он, видимо, подумал, что блефую. Но я сдержал слово.

— Ни в этот ли момент Брянск появился в твоей биографии?

— В боксе часто организуются открытые турниры, где спортсмены могут представлять любой регион. Брянск и Орёл — ближайшие соседи, которые когда-то   даже были одной губернией. Да и ехать на машине из одного города в другой совсем недолго… В общем, я давно уже представлял Брянщину на различных соревнованиях. А со своим брянским тренером Геннадием Викторовичем Шилиным знаком ещё со времён любительского спорта. В 2009 году под его руководством я представлял Брянскую область на турнире К-1 (главное отличие — там бьют руками, ногами, коленом) и стал вторым среди соперников со всей России. Если честно, стать брянским спортсменом я попросился сам. Здесь мне обещали финансовую поддержку, которой у меня не было прежде. Я переехал в этот город, живу на съёмной квартире. К слову, губернатор Николай Денин пообещал, что квартирный вопрос обязательно будет решён. И огромное спасибо за постоянную поддержку президенту Федерации кикбоксинга Брянской области Михаилу Михайловичу Иванову. Он помогает решать многие вопросы, связанные с подготовкой к соревнованиям.

— Какими достижениями спортсмена Трояновского может похвастаться Брянская область?

18 сентября 2012 года, победив филиппинца Джозефа Минозу, я завоевал вакантный пояс чемпиона мира по версии PABA. Кстати, Николай Валуев в своё время был обладателем этого титула. Меня же за этот успех престижная организация признала ещё и победителем в номинации «Чемпион года». Я стал лучшим бойцом года и по версии WBA. Вхожу в десятку лучших спортсменов Брянской области. Два года назад стал победителем Кубка мира по кикбоксингу.

— А от своего прозвища — Орёл — так и не отказался?

— Так это с географией никак не связано! Прозвище Орёл я получил из-за своей манеры боксировать. Большинство боксёров во время поединка сжимаются, приклоняют голову, а я физиологически стою прямо, и смотрю на соперника как бы сверху, словно орёл. Мне так удобнее.

Есть и второе прозвище — Troya. Образовано оно в результате сокращения моей фамилии, которая… не помещалась на поясе боксёрских трусов! Вот и сократил, причём и аналогия красивая получилось — с древним воинствующим городом Троей.

— Беспроигрышная серия боксёра Трояновского насчитывает 14 боёв (10 из них нокаутом). Каждый бой — это один побеждённый соперник. А кто был твоим первым противником в профессиональном боксе?

— Иса эль-Слейман. Это был мой первый бой в профессиональном боксе, который закончился уже во втором раунде. Кажется, мой противник прежде ни разу не был в нокдауне — он был так неловок, когда пытался подняться, держась за канаты, не знал, что делать. У него на счету было уже несколько побед, а я словно гладиатор вступил в свой первый бой. Помню, как русские болельщики кричали: «Молодец! Давай покажи ему!»

«СЕейчас моя личная жизнь — это бокс»

— С каким соперником тебе интересно драться: с равным по силе, с тем, кто слабее, или же с тем, кто сильнее тебя?

— Всегда охота боксировать с сильным противником. Тот, кто слабее, кто проповедует «дворовый» бокс, он не интересен: он и сам не боксирует, и тебе не даёт. Хорошо, если у противника можно чему-то поучиться. Хорошо, когда работаешь не на том опыте, который у тебя есть, а вынужден придумывать что-то   новое. Такие победы самые сладкие, самые запоминающиеся!

— Например?

— Таким был бой за титул чемпиона Европы с поляком Маттом Зеганом. Профессиональный бой. Проходил он в Германии. Как потом оказалось, я должен был выступать в роли жертвенного тельца: на тот момент в моём активе было всего восемь боёв, а у противника — чуть меньше пятидесяти, из которых проиграл он всего в трёх или четырёх. Он выступал в профессиональном боксе более десяти лет, а у меня счёт шёл на месяцы. В своё время он боксировал в Америке, а это тоже о многом говорит — туда приглашают только лучших бойцов. Иными словами, я оказался в очень неприятном положении. Было похоже, что менеджер специально «стравливал» меня явному фавориту. И поляк тоже это осознавал — во время взвешивания он посмеивался надо мной, чувствуя своё превосходство. От боя можно было отказаться, но мы с тренером решили участвовать. И я победил — в третьем раунде я отправил поляка на настил ринга, после чего он отказался продолжать бой. Именно после этого боя я и вернулся в Россию.

— А из недавних поединков, какой бы отметил?

— Пожалуй, 10-раундовый бой с бразильцем Клаудинеи Ласердой, состоявшийся 8 июня 2012 года. Я вёл этот бой, неплохо отработал 8 раундов, в 8-м сделал ему рассечение брови, а в 9-м сам пропустил тяжелейший удар. Я пошатнулся, меня повело на канаты, мир поплыл перед глазами, крики болельщиков превратились в сплошной невнятный гул. До конца раунда оставалось 40 секунд, но я их выстоял. А потом в 10-м раунде у меня вновь появились силы, я стал боксировать, как в начале боя, и за 15 секунд до финала победил соперника техническим нокаутом. В раздевалке к нам подошёл Виктор Агеев — президент Федерации профессионального бокса России — и сказал: «Молодцы брянские! Хороший боксёр не тот, кто хорошо боксирует, а тот, кто падает, встаёт и побеждает». А режиссёр Никита Михалков, присутствовавший на поединке, добавил в интервью журналистам: «Получив достаточно серьёзный нокдаун, собраться и довести бой до победы – это настоящее
жертвенное бойцовское искусство».

— Кто твой главный зритель?

— Мама Любовь Куприяновна! Всегда ходит на бои.

— Ну а девушки…

— В свои 32 года узами брака не отягощён. Спорт занимает огромное место в жизни, чем-то   приходится жертвовать. Вот стану чемпионом, тогда и начну думать о личной жизни. А пока моя личная жизнь — это бокс.

— Бокс — травматичный вид спорта?

— Конечно. Больше всего страдают руки и нос. К счастью, за всю карьеру у меня не было ни одного перелома, но нос со временем всё-таки меняет свою форму. Скоро буду как настоящий орёл!

Профессиональный бокс более «грязный». Это в любительском могут сделать замечание, дисквалифицировать за жёсткую игру и формально запрещённые приёмы. А здесь всё можно, если очень хочется.

— Ты этой возможностью пользуешься?

— Я стараюсь работать технично.

— Силу приходилось применять вне ринга?

— Лучше я покажусь кому-то   слабаком, чем вступлю в драку. Слишком много подобных случаев на виду, заранее нужно думать, какими будут последствия и какая грозит ответственность.

— А слабости у тебя есть?

— Последнее время шучу, что это Интернет и социальные сети. Особенно, когда купил «яблочный» планшет. Зато всегда на связи!

— Свободного времени у тебя много? На что его тратишь?

— Тренировки у меня 6 дней в неделю: на сборах — трижды в день, в обычном режиме — дважды. В четверг и воскресенье обязательно баня. Свободное время есть только вечером после тренировок и в воскресенье. В основном провожу это время с друзьями. Любимое занятие — пейнтбол. Но это только в том случае, если не намечаются серьёзные соревнования или бои.

— В одном интервью ты признался, что мечтаешь прыгнуть с парашютом и нырнуть с аквалангом. Сбылись мечты?

— Нырнуть не нырнул, но с парашютом разок прыгнул. Как оказалось, самое страшное — это сделать первый шаг. В группе я оказался самым лёгким, должен был прыгать последним. Но самолёт почему-то не пошёл на второй круг, как предупреждали нас инструкторы перед взлётом, — меня сбросили где-то   над дачами. Вначале я удачно пролетел над оживлённой автомобильной дорогой, потом также удачно миновал большой пруд с гусями, линию электропередачи, кучу металлолома… Так что мягкая земля между двумя парниками — это, пожалуй, самый удачный вариант! Я ударился ногами о землю, поцарапал щёку о металлическую трубу, но в целом обошлось без серьёзных увечий. Об этом я беспокоился в первую очередь, потому как прыгал накануне серьёзного сражения по кикбоксингу. А ещё помню, как летел над дачным посёлком, а дети кричали: немцы, немцы!

— Из Брянска уезжать не собираешься?

— Есть предложения из Германии, недавно поступило из Америки. Но я не хочу уезжать, Россия мой дом. Я жил в Германии — там скучно. В России люди настоящие, живые. Отдохнуть там можно, жить — нет.

— К слову об отдыхе, где предпочитаешь проводить отпуск?

— В Таиланде. Шесть раз уже был в этой стране и всё равно хочу туда вернуться. Мне нравится чистое море, отличная еда — морепродукты, экзотические фрукты, природа, атмосфера доброжелательности и… конечно же, тайский бокс! Выступать не приходилось, но в местные клубы на занятия хожу с удовольствием.

— Эдуард, как ты думаешь, почему бокс так романтизируют? Все мы помним фильмы про Рокки, голливудский Шерлок Холмс тоже между делом боксирует…

— История успеха боксёра — это история успеха конкретного человека, а это всегда интересно: и тем, кто снимает фильмы, и тем, кто их смотрит. К тому же большинство известных боксёров — это выходцы из бедных семей, ставшие в итоге знаменитыми. Путь из низов к победе, через пот и кровь, неудачи и успехи — вот что привлекательно. Это и есть те самые «хлеба и зрелищ»!

А вообще у этой медали две стороны. Зрители хотят видеть победителя, чемпиона, желают мысленно быть с ним в моменты триумфа. Но есть и другая сторона: огромная цена, которую нужно заплатить за этот триумф, нелёгкий путь, который нужно пройти. И этот путь за плечами у каждого успешного спортсмена.

— А для тебя успех — это что?

— Стремлюсь к тому, чтобы стать чемпионом мира по одной из престижных версий. Их как минимум четыре: IBF, WBO, WBA, IBO. А в итоге — стать абсолютным чемпионом, завоевав все эти титулы. Как говорят: плох тот боксёр, который не мечтает стать чемпионом. А иначе зачем всё это?!

Александра САВЕЛЬКИНА
Фото Михаила ФЁДОРОВА

и из личного архива Эдуарда ТРОЯНОВСКОГО

3928