Великая. Отечественная. Информационная

Город Клинцы не был оккупирован фашистами, в тюрьмах не истязали и не расстреливали людей, немцы-освободители открывали здесь школы и храмы, бургомистр ночами не спал — так старался помочь местным жителям, буквально каждому обратившемуся. В этом были твёрдо уверены читатели книги «Клинцы. Портрет русского города после освобождения его от большевизма», опубликованной в Германии в 1943 году…

Презентация редкого по нашим временам издания — «Клинцы. Портрет русского города после освобождения его от большевизма» — состоялась в начале апреля в Брянской областной научной библиотеке имени Тютчева. Книга вышла небольшим тиражом, частично уничтоженным после войны, в СССР и России не переводилась и не публиковалась.

— Раритетное издание подарил библиотеке один из постоянных читателей, коллекционер, краевед, он просил не называть своего имени, — настояла заведующая отделом краеведческой литературы Ольга Горелая. — Написана книга бывшим школьным учителем географии и истории Вальтером Энгельгардтом. К началу войны он успел зарекомендовать себя на родине в качестве отличного фотографа и писателя и потому на исходе лета 1941 года прибыл в Клинцы вместе с фашистскими войсками. Журналист наблюдал городскую жизнь, много записывал, зарисовывал и, конечно, фотографировал. Из его рабочего дневника, эскизов и фотографий родилась книга. Взгляд на события в ней, мягко говоря, не привычен: автор смотрел на происходящее, будто бы фашистские войска не оккупировали, а освобождали Клинцы. Хотя воспоминания, особенно довоенные, записаны очень точно. Просто нет в энгельгардтовских «Клинцах…» ни расстрелов, ни тюрем гестапо, ни бомбёжек, ни геноцида…

По словам сотрудника библиотеки, книга вызывает интерес у краеведов и любителей истории родного края, в том числе и благодаря редкой фотохронике времён периода оккупации.

— Советским солдатам, а уж тем более мирным жителям редко удавалось фотографировать происходящие события: не те были времена для нашей страны, — продолжает Ольга Николаевна. — Зато немцы снимали много и охотно, у многих солдат были личные и очень приличные фотокамеры, а Вальтер Энгельгардт и вовсе профессионально занимался хроникой событий. На его портретах — счастливые лица детей за школьными партами, людей в открытой немцами церкви, куда, по словам автора, клинцовцы с удовольствием отправлялись крестить детей. Книга эта однозначно пропагандистская, но есть в ней много интересных фактов — довоенные воспоминания главной героини фрау Эльзы. В качестве примера можно привести отрывки из главы «Немецкая судьба в Советской России» — рассказ от первого лица, записанный автором со слов немки, которую он встретил в городе: «Мой будущий муж приехал в Германию в начале мировой войны в качестве военнопленного. В 1918-м он был отпущен на волю, но остался в Германии и стал работать во Франкфурте-на-Майне газосварщиком. Там я и познакомилась с ним в 1921-м. Мы обручились, переехали в мой родной город в Швабии и поселились у родителей. Чтобы сочетаться браком, у моего жениха не хватало некоторых документов. Он писал домой, но советские органы отказывали ему в бумагах, так необходимых для нашей женитьбы. Мы ждали долгие годы. В 1922-м я родила дочь. В 1926-м родился Константин, а мы так и не расписались. На моей родине это считалось большим позором. Когда в 1927-м я снова ожидала ребёнка, мы двинулись в другой город на юге Германии, где нас никто не знал. Осенью там родился Пауль. Новые попытки моего жениха получить документы были безуспешными. Тогда я настояла на том, чтобы переехать в его родной город в России и наконец заключить брак. Он отговаривал меня и уверял, что я не свыкнусь с русским образом жизни. Но мне было всё равно. Так мы уехали в Россию с малолетними детьми на руках…» В первое время семейство поселилось в Сураже, чуть поз- же переехали в Клинцы. Умиляют воспоминания фрау Эльзы о том, как она не могла сойти с повозки, потому что её ботиночки вязли в грязи, как не могла есть по-деревенски из одной плошки — ей нужна была отдельная тарелка, как привезла семена культур, чтобы выращивать их на своём огородике… В 37-м году мужа фрау Эльзы репрессировали, и она осталась одна с детьми. Разумеется, главная героиня встретила немецкие войска как освободителей. В книге запечатлено то, во что хотели бы верить сами немцы, — благородство, высокие цели. И ни слова о том, что творили они на самом деле в Клинцах.

Однако сохранились и другие воспоминания жителей оккупированных Клинцов — ужасающие, поражающие неудержимой жестокостью тех, кто называл себя «освободителями» от большевизма. О них на встрече «Живая память о войне» рассказали студенты брянского филиала Российского университета кооперации. Вот лишь некоторые факты: город Клинцы находился в оккупации два года. Фашисты установили свои жёсткие порядки: если был убит полицейский, расстреливали 2–3 мирных жителей, если погибал немецкий солдат или офицер — счёт жертв «возмездия» шёл на десятки. В первые дни оккупации фашисты арестовали группу железнодорожников, которые отказались работать на захватчиков. Было их около пятидесяти человек. Рабочих провели через весь город, а после расстреляли. В Доме народного творчества пытали людей, в общежитии техникума располагалась тюрьма гестапо, в общественной бане немцы ремонтировали танки… Жизнь в этом городе сложно было назвать мирной, и уж тем более счастливой. В 1943 году во время бомбёжки снаряд попал в Дом текстиля, стоявший на углу улиц Пушкинская и Кронштадтская, рядом с пеньковым техникумом. Под этим зданием, в бомбоубежище, прятались жители дома. Выход из бомбоубежища завалило обломками здания, а в подвальный этаж стала поступать вода из разорвавшихся труб. Люди стояли по горло в воде. Немцы оцепили здание и в течение нескольких дней не разрешали никому вести спасательные работы. Когда людские вопли и стоны затихли, из-под обломков здания было извлечено около 60 трупов захлебнувшихся в воде женщин и детей.

«Хороша только правда. Полуправда ничего не стоит», — эти слова австрийского писателя Стефана Цвейга могли бы стать отличным эпиграфом для встречи «Живая память о войне». Пропагандистская, антисоветская «полуправда» Энгельгардта рушится как карточный домик, сталкиваясь с реальными историческими фактами. Возможно, не случайно директор областной библиотеки Светлана Дедюля, открывая встречу, вспомнила события, происходящие в многострадальной Украине, вокруг которых в Интернете и СМИ расплодилось множество подобных «полуправд». Закономерным стало и то, что встреча, открывающая цикл мероприятий о Великой Отечественной войне, была посвящена памяти Владимира Храпко. Подполковник в отставке, ликвидатор последствий аварии на Чернобыльской АЭС, заместитель председателя клинцовского землячества, долгие годы он посвятил пропаганде патриотических ценностей, общению с молодёжью, лично планировал провести и эту встречу, но не случилось — Владимир Ксенофонтович ушёл из жизни.

— Володя рассказывал, что первое его осознанное воспоминание — он шёл провожать отца на фронт, — вспоминает вдова Владимира Ксенофонтовича Надежда Храпко. — Было ему четыре года. В июле 1941 отец отправился на войну, а в феврале 1942-го пришла похоронка. Четверо детей остались без отца. Когда Ксенофонт прощался с семьёй, он сказал жене: «Пелагея, я уверен, ты сможешь вырастить достойных людей». По этому принципу всегда жил Владимир Храпко — во всём старался быть достойным. И окружал себя такими же, достойными, людьми.

— Жизнь связала меня с Владимиром Храпко, когда я пришёл после армии в Клинцовский горком, — вспоминает друг Владимира Ксенофонтовича Владимир Чигиринов. — В то время он был инструктором горкома, затем заведующим отделом. Под его началом проводилась большая военно-патриотическая работа — на военизированные игры нередко поднимали по 10 тысяч человек! Он много читал, был эрудированным человеком, обладал аналитическим умом, прекрасно разбирался в политической и экономической ситуации в стране и всегда щедро делился этим знаниями с молодёжью. Нам будет не хватать его мудрой мысли, его советов. И мы будем продолжать дело его жизни — патриотическое воспитание молодёжи.

Софья ТРОФИМОВА
Фото Михаила ФЁДОРОВА

В тему!

Известный в области партийный и хозяйственный руководитель Владимир Ксенофонтович Храпко родился в небольшой деревеньке в окрестностях города Бобруйска, в начале 40-х семья переехала в Клинцы.

Когда началась война, Володе было всего 4 года. Несмотря на столь малый возраст, он хорошо помнил проводы отца на фронт в июле 1941-го. А в феврале 1942-го в семью пришла похоронка: защищая Сталинград, погиб отец.

Благодаря мудрости, уму матери Пелагеи Васильевны семья выжила в непростые оккупационные и послевоенные времена. Детям приходилось много трудиться: пасти коз, помогать матери в уборке школы, где она работала.

После получения блестящего аттестата о среднем образовании, Владимир поступил в Клинцовский текс- тильный техникум. Занимался спортом: боксом и лыжами. Затем — армия. Служить пришлось в Татарии, где в то время, как говорят, была испытана атомная бомба. Взвод, в котором служил Владимир Храпко, прогнали по полигону после взрыва, чтобы изучить последствия воздействия на организм человека отнюдь не мирного атома…

После армии — вернулся в Клинцы, трудился помощником мастера на шпагатной фабрике, был избран парторгом. Затем Владимира пригласили на должность инструктора горкома, прошёл путь от заведующего отделом до секретаря городской партийной организации. В это же время окончил Всесоюзный заочный институт текстильной и легкой промышленности в Москве.

Следующее назначение — первый заместитель начальника управления бытового обслуживания населения. Что такое «первый заместитель» сегодня знают немногие представители молодого поколения: по сути это человек, на которого возлагалась обязанность по ведению всех текущих дел.

Удивительно, как буквально за первые несколько лет Владимиру Ксенофонтовичу удалось вывести управление в лидеры. Если прежде организация не поднималась выше 60-го места в соцсоревнованиях, под руководством Храпко брянская система бытового обслуживания вошла в десятку лидеров по стране.

После аварии на Чернобыльской АЭС — новое испытание на прочность: Владимир Храпко организовывал деятельность по ликвидации последствий на загрязнённых территориях Брянщины.

Затем была ответственная работа первым замом в Брянскглавснабе Госснаба СССР, где ему удалось сплотить очень непростой коллектив: от грузчиков до инженеров. Должность военнообязанная, Владимир Храпко уходил на пенсию в звании подполковника запаса.

10 лет был депутатом Брянского горсовета, многое сделал для Брянска. По просьбе руководителей города помогал в обеспечении различных проектов дефицитными материальными ресурсами. Одно из последних дел, за которое радел всей душой, — Владимир Храпко принимал активное участия в слушаниях по строительству 17-этажного дома, который застройщики пытались «впихнуть» во двор пятиэтажек в центре Брянска. На проспекте Ленина прямо через дорогу от недавно построенной колокольни кафедрального собора, во дворах, стоит исторический дом священника (район Судков). На его месте и предполагалось воткнуть огромный жилой дом. Владимир Ксенофонтович первым выступал на тех, довольно резонансных, общественных слушаниях: «Люди волнуются, 53-й дом по проспекту Ленина уже сейчас клонится и потихоньку съезжает в овраг, 57-й дом с кассами «Аэрофлота» уже лопнул с двух сторон, 66-й дом давно окольцован металлическими стяжками, на 79-й и 99-й дома тоже наступает овраг. Вчера мы с жителями посчитали — от 79-го дома ровно 24 шага до провального оврага. Далее, хотят уничтожить зелёные насаждения, срубить вязы-долгожители…» Общими усилиями удалось остановить эту точечную застройку. И это всего лишь единичный пример. Один из последних…

Владимир Храпко всегда активно участвовал в общественной жизни города, региона. На протяжении многих лет был заместителем руководителя Клинцовского землячества в городе Брянске, проводил большую работу по патриотическому воспитанию молодёжи. Принимал участие в подготовке праздника 300-летия Клинцов, активно участвовал в создании и установке памятника народному артистку СССР, лауреату государственной премии СССР, солисту дважды Красно- знамённого академического ансамбля песни и пляски Российской армии им. А. В. Александрова уроженцу Клинцов Евгению Беляеву. Награждён орденом «Знак Почёта», имеет Благодарность патриарха Алексия II, отмечен наградой за вклад в развитие города Брянска, юбилейными и памятными медалями. Издал несколько книг и брошюр.

Многие руководители предприятий и организаций Брянщины считают себя его учениками и гордятся и радуются, что им в жизни встретился такой человек — Учитель с большой буквы. Он щедро делился знаниями и опытом, умел зажечь и направить людей. Умел дружить. Был замечательным сыном, мужем, отцом, другом, товарищем, братом. Имел стержень и ценил это в людях. Был гостеприимен, любил русские, украинские и белорусские песни. Сам с удовольствием пел с друзьями. И через всю свою жизнь пронёс в сердце слова, которые, уходя на фронт, сказал его отец своей жене: «Я уверен, ты воспитаешь достойных людей…»

6422