Акварельная ода Брянску

Художник Максим Паниковский родился в Тобольске. Акварель полюбил во время учёбы в Брянском художественном училище, которое окончил в середине 90-х. Сюжеты у Максима невыдуманные: поливающий асфальт «ЗиЛ» или сохнущее во дворе бельë, прогулка в ливень и семья старых гипсовых львов в парке. Все они складываются в искреннюю оду Брянску. Рассказывает автор.

Акварельная ода Брянску

Моя акварельная техника называется «по-сырому»: лист смачивают водой и пишут, пока он влажный. Это, наверное, самый трудный вид акварели, потому что он требует точности, максимальной собранности и одновременно даёт акварели свободно проявить свои качества — лёгкость, подвижность и прозрачность. Можно вращать лист, давать краске течь и переливаться, но вовремя останавливаться. Я стараюсь писать каждый день и скучаю, если оторван от бумаги и красок.
Я вырос в Брянске, здесь мои школьные приятели и сокурсники по художественному училищу, мои учителя, друзья и родня. Каким бы ни был Брянск, это город, с которым меня многое связывает.

Топ‑5 самых красивых мест Брянска. Они все или на «золотой миле» екатерининского плана 1780 года — от стадиона «Динамо» до набережной, или по соседству: бульвар Гагарина, круглый и тютчевский скверы, театральная площадь и, наверное, мой двор на Луначарского. Я живу здесь, привязан к этой части города и рисую её часто. Двор только за последний год рисовал раз двадцать.

В индустриальном пейзаже — на железной дороге, на стройках, в новых кварталах — другие ритмы, другие ощущения. Я как-то рисовал электроподстанцию в деревне, она вся состоит из одинаковых повторяющихся деталей, в ней чувствуется скрытое напряжение. Этим летом попал в строящийся квартал и увидел как будто незнакомый город: безлюдно, жара, пыль, краны, яркие дома — это впечатление тоже можно передать в акварели.

На каждый этюд уходит примерно полчаса. Если до этого ежедневно пишешь и рисуешь 30 лет. Но нет никаких гарантий, что хорошо получится всё, что начнёшь, — я довольно много акварелей рву и потом использую клочки как палитры. Мне даже предлагали выставку назвать «Из непорванного».

Внук моей знакомой из другой страны, оказавшись в Брянске, смотрел вверх на улице и спрашивал: «Бабушка, почему так много проводов?» Мы привыкли, что их много, и не смотрим на провода ради новых впечатлений. Я вижу во всём материал для живописи, поэтому интересны любые вещи, даже неказистые, изношенные, «бедные». Не знаю, как научиться этому специально.

Я воспитан реалистической школой: обыденное не обязательно красиво, но оно ценно. Думаю, если я перестану видеть вокруг интересное, я перестану быть художником.

maxim.paint

1029