Костас Асимис: «Всегда следую правилу «сделай и забудь»

Однажды на выставке, посвящённой древним кремлям и крепостям России, к известному фотохудожнику Костасу Асимису подошла посетительница и спросила,
почему на фотографиях нет людей. «Неужели там никто не ходит?» — простодушно удивилась она. Мастер ничего не ответил, а отправился в Брянскую область
и сделал первую серию фотоснимков девушек в народных костюмах у крепостных стен Свенского монастыря.

Костас Асимис:  «Всегда следую правилу «сделай и забудь»

Эти снимки «поженили» два масштабных проекта греческого фотохудожника. Вместе с крепостями в 2021 году он начал фотографировать жителей разных районов Брянщины в традиционных народных костюмах. За три года собран уникальный фотоматериал с костюмными комплексами 18 районов области. Сама идея выросла до всероссийских масштабов, выпущен первый том фотокниги с подробным описанием костюмов, в ноябре выйдет второй, а команда проекта собирает материал для третьего тома! В конце мая во время очередного визита в наш регион Костас Асимис создавал свои завораживающие кадры в Злынке и Клетне. С этого и начинаем наше интервью:

Рубахи Комаричского района выглядели особенно нарядно  благодаря большому отложному воротнику— Костас, вчера вы были в Злынке. Говорят, по одёжке встречают. Как вас встретила Злынка?

— Всё хорошо прошло. В проекте участвуют непрофессиональные модели, часто без опыта съёмок, и, разу­меется, в первые минуты есть какая-то напряжённость, но она быстро снимается: я умею работать с людьми. Самое главное в этой работе — чтобы модель доверяла или хорошо позировала. Какой бы хороший фотограф ни был, если ему не помогает модель, ничего не получится. Я всегда стараюсь всё уладить сразу: объяснить, как руки поставить, ноги, какими должны быть движения, пластика.

— В Злынке задействовали в съёмках их деревянное зодчество, наличники?

— Очень много снимал, больше полутора тысяч снимков сделал. На кадрах — и наличники, и древний деревянный храм… Вышло, как со снимками у стен Свенского монастыря, когда я «поженил» два культурных явления — крепости и костюм. Мы сначала снимали в цветущем поле, а потом отправились в сам городок. Я знал о наличниках, но думал снять их отдельно, а потом вдруг сложились кадры: модели на фоне старых домов.

— Бывало, что и в других районах Брянщины что-то интересное для себя открывали?

— Чем глубже погружаюсь в культуру и историю региона, тем Брянская область мне нравится все больше и больше. В первую очередь нравятся люди. Совсем другие, нежели в мегаполисе! Они проще, шутки понимают, сразу обнялись, поцеловались, как будто сто лет друг друга знаем. Это менталитет, который мне подходит. В Греции у нас тоже так. Я недавно купил в Москве квартиру маленькую. Как «перевалочную базу», чтобы удобнее было путешествовать, не таскать с собой вещи. Так вот я удивился, что в лифте соседи друг с другом не здороваются! И теперь я самый «неудобный» сосед. Потому что вхожу в лифт и говорю каждому: «Доброе утро!» Сначала было непонимание. А теперь уже, как меня увидят, сами говорят: «Доброе утро! Здравствуйте!»

«Это не профессия — это любовь!»

На территории Брасовского района насчитывается  от 3-х и более разновидностей костюмов— Костас, расскажите, как случилось ваше знакомство с Брянском.

— Впервые я сюда приехал в 2011 году с одним из проектов общества «Друзья Афона». В городе проводилась моя выставка. И затем, уже десять лет спустя,
в 2021 году, именно в Брянске состоялась первая выставка «На страже земли русской: кремли и крепости России». В тот визит мне предложили поснимать костюмы для областного центра «Народное творчество». Мне это интересно — старина, наша славянская православная цивилизация. Мне это интересно — старина, наша славянская православная цивилизация. Только я не согласился снимать в помещении, а предложил перенести фотосессию на природу. И всё хорошо получилось.
Я работал в больших фотостудиях, где мы снимали Gucci, Prada, Burberry, а там такие они дотошные! И когда я в Брянске сделал почти 600 фотографий одного платья, сотрудники центра удивились: «Мы раньше думали, что и десять снимков много». А я только так работаю. Потому что восемь из десяти посетителей выставки обратят внимание на красивую модель, а двое спросят, кто фотографировал. И я ориентируюсь на тех двоих, которые понимают, сколько работы кроется за каждым кадром.

— Что формировало вас сегодняшнего с таким отношением к жизни, профессии, кадру?

— Начнём с того, что профессией в нашем мире считается то, чем человек зарабатывает на жизнь. Фото­съёмки были моей профессией, когда у меня была студия в Греции. А теперь это не профессия — это любовь! Мы, любители, более тщательно и ревностно относимся к своему делу. Пробуем новое, вечно в поиске! Я люблю общаться с людьми на выставках. И в Пскове одна женщина спросила, почему на афонских фотографиях (главной темой творчества Костаса Асимиса 40 лет является Святая гора Афон, с 1993 года он официальный представитель Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне — Прим. ред.) одни монахи, а природы нет. Я промолчал, и теперь у меня целая галерея пейзажей.

— Хорошо, не будем про профессионализм. Как мастерство формировалось? Вот вы в 12 лет впервые взяли в руки фотоаппарат…

— Мастерство оттачивается тем, что ты очень много работаешь. Практикой, экспериментами! Вот вчера надо было ракурс поменять, хотелось, чтобы в кадре осталось только жёлтое рапсовое поле и деревьев не было видно. И что делать? Пришлось залезть на крышу машины. Вот так сверху и получилось хорошо.

Бесценные кадры

Нарядное кружево Злынки: и в зодчестве, и в народном женском костюме— Расскажите о самых необычных ситуациях, в которых приходилось работать.

— С моделями таких ситуаций не было, но я ещё снимаю для National Geographic. Это мне больше нравится. Там рискуешь! Последнее моё путешествие было перед пандемией в Кейптаун, и потом полтора месяца мы шли пешком до Центральной Африки по разным местам.

— А там же крокодилы-бегемоты?!

— Там хуже — там львы. Мы обычно работаем вдвоём. Залегаем напротив друг друга, чтобы визуально контро­лировать ситуацию. Камуфляжная сеть, вода в стакане с трубочкой и всё остальное, что нужно для того, чтобы лежать целый день, практически не шевелясь. А ещё намазаны тем, что найдёшь самое вонючее в саванне. Иначе нельзя — лев тебя нанюхает! В тот день лев залёг в тени, но снять его мешали ветви кустарников. Ему не скажешь: «Подвинься!» — пришлось тихонько подползать самому, пока не открылся нужный ракурс. И пока я был занят перемещением, из кустов сзади меня вышла львица. Я услышал её шаги, замер и… сфотографировал. Главное, не кричать и не делать резких движений, иначе зверь испугается или нападёт. Слоны нас так однажды чуть не перевернули. А снимал много где на земле — в Южной Америке, Северной Америке, Африке.

— Вы и диких животных снимаете, и костюмы, и крепости, где всё так по-разному…

—… и подводную съёмку, и макро. Я же говорю: мы любители, мы всё время ищем.
Костюмные комплексы Суземского и Комаричского районов— И всё-таки в мире вас знают как фотохудожника, главная тема для которого — Святая гора Афон. В этом году исполняется ровно 40 лет, как вы впервые туда приехали. Что вас привело в это уникальное место?

— Случилось, что мой друг, с которым мы знакомы ещё со времён ташкентского детства, работал в Греции в больнице. В госпиталь пришли монахи, говорили только по-русски, и никто не мог перевести. И тут вспомнили про хирурга, который знает язык. Друг помог монахам решить проблему, они его пригласили на Афон. В то время я тоже работал в его больнице: фотографировал все самые сложные операции, которые мой товарищ потом показывал своим студентам. И он пригласил меня с собой.

Это было в 1984 году. А надо понимать, что после революции на Святой Афон прекратились денежные поступления. Я застал разруху полную! И вместе с тем это был новый мир. И я всё подряд, до последнего камня, фотографировал. Благодаря тем снимкам в начале двухтысячных многое удалось детально восстановить — разрушенные кельи, утерянные фрески.

В селе Дорожово традиционный костюм сохранился  до 60-х годов XX векаА год спустя, в 1985-м, мне показали старую фотолабораторию. Потому я и остался на Афоне, хотя был человеком неверующим, некрещёным тогда ещё. Я увидел стеклянные амбротипы. Ценнейшие! Ранние датируются 1850 годом! А их, по незнанию, топтали, ломали, выбрасывали. И я задался целью сохранить, спасти. Даже отучился в специальной школе в Афинах, где показывали, как с такими стёклами работать. Сегодня могу похвастаться, что у меня самый большой архив в мире —
5 тысяч стеклянных пластин с запечатлённым на них изображением. Я построил новую фотолабораторию, создал все условия хранения, реставрации. Каждое стёклышко завёрнуто в особую нетоксичную бумагу, разложены по 10 штук в специальные коробки и упакованы в ящики из нержавеющей стали. Тысячу лет ещё пролежат!

— Повлияло ли то, что вы видели на старинных амбротипах, на ваш афонский цикл?

— Возможно. Тогда у меня не было хорошего сканера, я просто просматривал пластины на свет и понял, что у меня в руках — летопись Афона. Прибытие русского крейсера на Святой Афон в 1915 году, или посадка первых гидросамолётов возле Пантелеимонова монастыря, или встреча группы русских паломников, работа в сапожной мастерской, на кухне…

— А каким было самое потрясающее открытие?

Костюмный комплекс села Верещаки Новозыбковского района— Ну, конечно, это знаменитое явление Божьей Матери. Тот самый снимок, где запечатлён лик Пресвятой Богородицы, чудесным образом явившийся в языках пламени во время раздачи хлеба убогим монахам у стен монастыря. Я видел его на фотографиях и, признаюсь, думал, что это монтаж. Но когда увидел изображение на стекле, которое невозможно подделать, у меня не осталось никаких сомнений.

— Каким был ваш самый длительный срок пребывания на Святой горе Афон?

— Почти 8 месяцев не выезжая. Это было после того, как я перенёс сложную операцию, да и работы в лаборатории было на десять лет вперёд. Я спрашивал у старца: «Может быть, мне остаться монахом?» На что услышал в ответ: «Неси людям то, что несёшь. В этом твоё спасение». И когда я сделал 100 выставок, сказал, что устал. Старец спросил: «Сколько человек обычно приходит на выставку?» — «Меньше тысячи не бывает». — «Подними палец. Сможешь за ним спрятаться? Нет. Пока хоть один человек будет ходить на выставки, ты это делай». С тех пор у меня уже прошло 200 выставок, я их не считаю уже.

Знаменитый рУСский фотохудожник

В народном костюме города Фокино преобладает красный цвет — как символ долголетия, силы, плодородия, огня, солнца.  У стен Свенского монастыря— Современная летопись Афона, съёмки первозданной природы — это проекты планетарного масштаба, и тут же рядышком — серия снимков брянского костюма. Крохотный эпизод!

— Зато Брянская область дала мне толчок, чтобы изучать историю. Здесь я начал слушать, углубляться в историю. Много вещей, от которых был далёк, для себя открыл. Так же и с крепостями и кремлями. На Ладоге нашёл крепость конца седьмого века!

— А ещё я заметила, что женщины у вас на портретах всегда красивые. В чём секрет?

— Надо создать условие, ситуацию и момент. Ведь вы, женщины, стоите перед зеркалом и в какой-то момент замечаете: ах, вот с этого ракурса я ничего. И на каждой фотографии вы принимаете ту же самую позу. А я как фотограф, даже когда впервые вас вижу, уже начинаю разглядывать и работать над этим. Бывает, даже удивляются, что на себя не похожи — ракурс другой.

Костюмный комплекс Стародубского района— А правда, что вы совсем не редактируете фото?

— Нет. Для этого и моделей подбирают специально без «модных» бровей, наращенных ресниц  и увеличенных губ. Техника сейчас такая, что можно сразу посмотреть результат. Так лучше я сделаю десять рабочих кадров, чтобы получить один естественный.

— В январе вы получили российское гражданство…

— Да, теперь можно говорить, что я не греческий фотограф, а русский.

— А где ваш дом?

— Это смотря с какой стороны ты подходишь к понятию дом. У меня квартиры в Москве, Югославии, Греции — я уже не знаю, где у меня что есть.

— А из поездок куда чаще всего возвращаетесь?

— Сейчас чаще в Москву.

— Знаю, вы не любите об этом говорить, но недавно вы передали в дар севским монахиням икону, привезённую со святой горы Афон…

Праздничный костюм села Немеричи Дятьковского района— И что, это событие, что ли?

— Для монастыря, для региона — да…

— И ещё одна икона сейчас готова. Привезу в августе. Матушка попросила, передали. Для меня это обычное дело.  

— Добрые дела, если выделить самые важные для вас, — это какие?

— Я ничего не делал. У нас на Афоне есть правило: сделай и забудь. Зла не делай, потому что зло в сто раз больше вернётся. Если я сейчас начну вспоминать, где что хорошее сделал, то что потом? Никогда и ты тоже не помни этого. Там всё записывается. Старец мне говорил: «Есть люди, которые ни разу не были в храме, ни разу в своей жизни не перекрестились, но они в лике святых. Потому что Господь Бог судит и по делам нашим» .

Редакция благодарит заместителя директора департамента культуры Брянской области Марину Мосееву за помощь в подготовке этого материала.


Костас Асимис родился в Ташкенте, куда его родители попали в 1949 году после гражданской войны в Греции. Затем семья переехала в Югославию, где он получил филологическое образование и всерьёз занялся фотографией. Собственную студию открыл в 1985 году в Салониках. По благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II в России творчество Костаса Асимиса впервые было представлено в 2007 году на Международной выставке православного искусства «Свет миру» в Москве. За это время выставки с успехом прошли в Германии, Польше, Чехии, Италии, Швейцарии, Франции, Казахстане, России и Украине. В 2016 году Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл возглавил церемонию открытия фотовыставки Костаса Асимиса «Под покровом Пресвятой Богородицы: жизнь и быт монастырей Афона».

С 2021 года Костас является участником проекта «Традиционный народный костюм Брянской области конца ХIX — начала ХХ века», который реализуется Брянским центром казачьей культуры, областным методическим центром «Народное творчество», Брянским государственным краеведческим музеем, муниципальными музеями региона, собирателями костюма. Проект включает фото­сборник с описаниями костюмов, цикл обучающих видео­роликов, интерактивную выставку под открытым небом.

929

Добавить комментарий

Имя
Комментарий
Показать другое число
Код с картинки*